Книга Дневник Сони Колесниковой, страница 53 – Алиса Болдырева

— Ты чего это придумываешь, Колесникова? — она прямо резала меня своим острым взглядом. — У тебя нет "хвостов", да и школьную программу ты усваиваешь хорошо.

Мои глаза удивлённо распахнулись. Откуда она знает? Будто прочитав всё на моём лице, Скворцова пояснила:

— Колесникова, я заведующий учебной частью, это моя работа знать о вашей успеваемости! Так что ты мне не дури! Если Геннадий Петрович сказал, что надо, значит надо!

Возразить я не успела — из кабинета физики, где проходил шахматный кружок, потянулась вереница мальчишек. Сашка вышел одним из первых и побежал ко мне.

— Здрасти, — промямлил он, заметив Скворцову.

— Здравствуй, Саша, — сказала Зинаида Александровна, растянув свои губы в улыбке. — Вот, Софья, бери пример с брата! Он всё успевает! Скоро Андрей Борисович и его на соревнования возьмёт, да? — она потрепала Сашку по голове.

Уходя, Скворцова бросила на него ещё один взгляд, и от этого взгляда мне стало не по себе.

Запись сделана 02 октября 1986 года.

Четверг, 19:35.

Сегодня мы снова виделись с Носатовым.

Как только закончились уроки, мы с Юркой вышли на улицу, где накрапывал мелкий дождик. Припаркованный чуть в стороне от школы уазик я заметила сразу.

— Смотри, там кажется Носатов, — я кивнула в сторону машины. — Интересно, зачем он приехал?

— Сейчас узнаем, — сказал Юрка, и направился прямиком к уазику. Я последовала за ним, на ходу стирая влагу, что оставлял на лице дождь.

Стоило нам вплотную приблизиться к машине, как задняя дверь, которую подтолкнули изнутри, распахнулась, и мы с Юркой, пригнув головы, забрались внутрь. Носатов, снова весь в чёрном, сидел на одном из боковых сидений. При свете дня его шрамы выглядели ещё ужаснее. Интересно, как он их заработал? Неужели пиявцы потрудились?

— Слышал о вашей диверсии в школьной столовой, — вместо приветствия сказал он, и в его голосе слышалось одобрение. — Молодцы! Хотя, не думал, что у вас всё получиться.

Я уже хотела возмутиться, но Носатов кивнул на сидения напротив.

— Ладно, оставим лирику! Садитесь! Дело есть!

Мы с Юркой заняли указанные места.

В прошлую нашу встречу я не заметила, что уазик так захламлён, зато сейчас, при свете дня это прямо таки бросалось в глаза. Чего здесь только не было: мотки пеньковой верёвки, крюки, покрытые ржавчиной, мешки с неизвестным содержимым, бутылки с водой. Почему-то я решила, что в них именно вода, и скорее всего, святая. Всё разбросано как попало, но казалось, доктору это ничуть не мешало.

Порывшись всё в том же чемоданчике, как оказалось, он был коричневого цвета, и, выудив из его недр какие-то бумажки, Носатов посмотрел на нас.

— Не знаю, кто такой этот Кривонос, но про ритуал он вам не соврал.

— То есть, если у стратилата всё получиться, то он сможет спокойно разгуливать на освящённой земле? И крест ему будет не страшен? — Юрка выпучил глаза.

— Если провести ритуал по всем правилам, то да, — Носатов уставился в свои бумажки, что держал в руках. — Для этого двенадцати пиявцам нужно собрать кровь двенадцати человек до последней капли.

— Подождите, подождите! Двенадцати? — перебила я. — Их же тринадцать!

— Тринадцать, — согласился Носатов. — Только вот тринадцатый пиявец должен быть кровным родственником самого стратилата.

Теперь пришёл мой черёд выпучить глаза.