Книга Волшебный переполох в Сноусмиде, страница 84 – Алиса Болдырева

— Не торопись с выводами, — возразил Элиас. — Этот камень, согласно древним трактатам, обладает свойством впитывать и временно удерживать в себе магическую энергию. Концентрировать её. Или, если говорить проще, красть.

Джулиана резко остановилась, взметнув ботинками сноп снега.

— Ох… — вырвалось у неё. — Значит, наш похититель украл этот камень. И теперь с его помощью выкачивает магию из людей. Время… время ведь совпадает! Корбин Квирк был в Сноусмиде как раз перед первой кражей, лишившей Лео Годдарда магии!

На лице Элиаса появилась одобрительная улыбка.

— Умница. Отлично соображаешь.

— Интересно, его кто-нибудь видел в Сноусмиде? — задумчиво спросила она, снова возобновив движение.

— Уверен, что похититель видел, — ответил Элиас.

— А сам Корбин Квирк не знает, кто мог взять камень? — с надеждой в голосе спросила Джулиана.

— Увы, — с лёгкой горечью ответил Элиас. — Он и об этом не захотел рассказывать жандармам, родственники настояли. Алхимик, одним словом.

— Но мотив… — Джулиана шла рядом с ним, хмурясь. Голова могла вот-вот взорваться от того, как напряжённо работала мысль. — Зачем ему столько чужой магии? Что он с ней делает?

— На этот вопрос нам ещё предстоит ответить, — сказал Элиас. — Но мы обязательно со всем разберёмся.

В этот момент они свернули на тихую улочку и оказались у калитки аккуратного домика миссис Петцольд. Увидев птичку, старушка пришла в полный восторг. Она чуть не расплакалась, прижимая игрушку к груди, и тут же принялась осыпать их словами благодарности.

— Не могу нарадоваться! — не унималась старушка, повторив «спасибо» уже с дюжину раз. — Вы даже не представляете, как это для меня важно. Какие же вы всё-таки молодцы!

— Что вы, не стоит благодарностей, миссис Петцольд, — отмахнулась Джулиана.

— Ну уж хоть чашечку мандаринового какао позвольте вам предложить в знак моей признательности! — настаивала миссис Петцольд, распахивая дверь пошире. Из прихожей поплыл аромат свежеиспечённого мятного печенья.

— Спасибо большое, но, боюсь, мы вынуждены отказаться, — вежливо ответил за них двоих Элиас. — У нас ещё есть срочные дела на сегодня.

— Ох, ну что ж... Кстати, Джулиана, а ты не узнавала у отца о потайном ходе? — неожиданно поинтересовалась миссис Петцольд. — После нашего разговора уж больно мне любопытно стало, где он находится.

— Я то спрашивала, но он сказал, что не знает, — раздосадовано ответила Джулиана.

— Ох, милочка, ну и дела! Похоже теперь уже и никто не вспомнит, — взмахнула рукой миссис Петцольд. — Старое всё, забытое. Ну ступайте, не стану вас больше задерживать.

Попрощавшись, они уже собирались уходить, как вдруг услышали тоненький голосок Олдрин, который до сих пор стоял у крыльца, не проронив ни слова.

— Стойте-стойте! Вы про старый лаз спрашивали? Тот, что ведёт к Голубой ели?

Элиас и Джулиана переглянулись.

— Ты что-то знаешь о нём? — насторожился Элиас.

— Знаю, — важно ответил снеговик. — Раньше туннели пролегали под всем городом, но потом их почти все замуровали. Однако один лаз всё же сохранился. Прежде он вёл из кабинета врача к выходу за город, недалеко от Голубой ели.

— Какого кабинета? — уточнил Элиас.

— Откуда ты это знаешь? — практически одновременно с ним выпалила Джулиана.

— Я много зим стою тут, в разных дворах Сноусмида, — принялся философствовать Олдрин. — Таю по весне, а зимой меня лепят снова. Как-то раз я стоял во дворе того самого врача. Его дети меня и слепили. От них и слышал. Они по тому лазу в запретную комнату отца пробирались, где он хранил лекарства, пока он им не всыпал за это.