Книга Княгиня Ольга. Истоки, страница 142 – Лада Отрадова

— Ваша — быть может. А были ли у него связи на стороне? Походы в увеселительные заведения?

Голос Милицы задрожал, и она, не выдержав, встала со своего места и нависла над столешницей. Орехового цвета глаза женщины вспыхнули лесным пожаром, а тонкая синяя венка на шее стала наливаться от крови и пульсировать.

— Мой муж был верен и предан мне. Вепрь никогда бы не причинил мне никакого вреда, умышленно или даже невольно, я для него — такой же смысл жизни, как и его работа, — обладательница каштановых волос повышает свой голос и с яростью смотрит… вовсе не на ведущего допрос Бранимира, а на Ари. — Вепрь относится ко мне как к самому дорогому сокровищу, оберегает и лелеет меня, поэтому любое предательство с его стороны исключено и даже одними суждениями о возможной измене вы оскорбляете наш дом и наш брак. Мой супруг… он — самый заботливый и любящий из всех мужчин не только в Новгороде, но и во всём государстве!

В комнате воцаряется тишина, когда раздражённая Милица уходит, оставляя в абсолютной тишине обоих дружинников. Бранимир хмурится и устало прикладывает палец к переносице: после допроса его мигрень стала ещё сильнее.

Ари же бросает в сторону удаляющейся девушки полный надежды взгляд, но она и не думает оборачиваться.

* * * * *

Взяв князя за руку — впервые она видела его таким по-детски трогательным и увлечённым, Ольга подвела его к большому деревянному столу, где уже были подготовлены и мука, и деревянные чаши для замешивания, и прочие добавки да посуда.

Сейчас в помещении царил совершенно другой запах — и вместо аромата свежеиспечённого хлеба на Игоря пахнуло дрожжевой опарой, отчего мужчина поморщился и зажмурился.

— Что это? Пекари оставили тут брагу?

— Это опара, княже, — рассмеялась варяжка, осознавая, что будучи обладателем высокого титула, Игорь был настолько далёк от подобных простых истин. — Вода, мука, немного мёда и закваска из хмеля — если смешать их и оставить на несколько часов, то тесто станет ароматным и пышным. И пить её я бы не советовала — если только не хотите, чтобы Вас раздуло как плавательный пузырь у рыбы. И это — только основа для будущего каравая.

Ольга тщательно объяснила, как важно просеивать ржаную муку перед тем, как замешивать тесто, рассказала о последовательности добавления в квашню соли, солода, мягкого сливочного масла.

— Вот так? — спросил у неё, смущаясь, государь, когда отрезал ножом кусок желтоватого масла. — Достаточно?

— Да, но нужно измельчить масло, чтобы оно равномерно распредилось в нашем тесте, — улыбнулась Ольга и, приобняв сзади мужчину, положила свои тонкие пальцы на руку Игоря и направила ту вместе с рукоятью ножа, отмеряя небольшие части от общей массы. — Такой размер нам подойдёт.

Глаза Рюриковича загорелись от увлечённости работой — кто бы мог предположить, что его так захватит обычное приготовление хлеба? То, как будущая супруга терпеливо объясняла ему все премудрости этого непростого для него дела, то, как на своём примере и своими руками показывала каждую тонкость, каждую ступень, напомнило ему о тех далёких временах, когда он был любопытным мальчишкой, что всем своим существом пытался познать окружающий мир.

И помогали ему в этом матушка и старый Веремуд. Сейчас ни первой, ни второго рядом не было, но почему-то именно рядом с Ольгой он вновь испытал это чувство, это ощущение… защищённости и безусловной, не требующей ничего взамен заботы.