Книга И это пройдет…, страница 219 – Вера Чистякова

Сейчас зрел очередной виток на расставание, но тут неожиданно Оля заболела ветрянкой, вместо плановой ссоры, Паша просто свинтил на море со своей официанткой. А Оля чесалась и страдала, даже не догадываясь, что ее парень дважды обманщик. Полина прекрасно помнила, как они с братом несколько недель сидели дома, выкрашенные под зелёных леопардов.

— А что про Аню слышно? Она давно не звонила, — вяло спросила Оля.

— На практике, передачу какую-то со своей однокурсницей снимает про север, катается по Кольскому Полуострову, в августе на каникулы собиралась, — коротко ответила Полина. Она знала, что Аня не откровенничала с Олей о своей жизни.

Они с Андреем до сих пор жили вместе. Сначала, его нельзя было оставить одного. Когда их машина вылетела в сугроб, он, вместо того, чтоб вызвать эвакуатор, остановил попутку и попросил дернуть авто. В результате, пока они с водилой смотрели, вязали, подкапывали и тянули, Андрей поскользнулся и упал, да так, что получил сотрясение мозга и перелом лодыжки. Пока он лежал в госпитале, а потом сидел дома в гипсе, Аня ухаживала за ним. По словам девушки они помирились. Но у Ани то и дело проскакивала фраза: «Как только я решу свои финансовые вопросы, мы разведемся». Поля слабо в это верила. Она все больше и больше убеждалась, что подруга не собирается ничего менять. Ей удобно жить вот так. По словам Ани, свадьба Игоря поставила точку в их отношениях окончательно. Сначала ее переполняла обида, потом отвращение, сейчас грусть и сожаление. Аня избегала всех мест, в которых они могли пересечься. Андрей перестал таскать ее с собой на посиделки с коллегами, что ее вполне устраивало. Они жили словно соседи.

— Может съездим куда-нибудь вместе? — предложила Оля.

— Ко мне на дачу, разве что, — отрицательно качая головой, сказала Полина.

— Почему? Костя не побудет с Юлей? — удивилась Оля.

— Я ему ее не оставлю, — недовольно процедила Поля. Ее раздражало Олино непонимание. Ей иногда казалось, что подруга воспринимает ребенка кем-то вроде домашнего животного, которое можно легко передать няне, родителям или друзьям.

— Вы же живете вместе, он ей как отец, — чихнув, сказала Оля.

— Нет и все, — поставила точку в этой теме Полина.

— Ну, как хочешь. Я как только поправлюсь, махну в Питер. Давно там не была, очень по нему соскучилась. Ты помнишь эти набережные? Мосты? А парки!!!! — вдохновленно промурчала Оля.

Полина очень плохо помнила Санкт-Петербург, она ездила туда один единственный раз, когда ей было 12 лет. Родителей пригласили на годовщину свадьбы какие-то друзья молодости. Они долго решали ехать или нет. А когда собрались окончательно, взяли Полю с собой. Она мало помнила мосты, совсем не видела парков. Но вот «Кунсткамеру, в которую отвел ее отец на следующий день после застолья, она бы с удовольствием забыла. Залы с болонами, в которых навсегда застыли уродливые младенцы, отрезанные органы и прочие анатомические чудеса врезались в память так сильно, что испуг до сих пор жил где-то в глубине Полиной души, хотя ее никак нельзя было назвать робкой девочкой. Полине Питер не понравился. Она не понимала Олиного восхищения, не разделяла Мириного восторга и Аниного меланхоличного вздоха о культурной столице. Для Полины это был город серых домов, бескрайнего камня, дождей, ветров и чудовищного музея.