Онлайн книга «Запретная любовь»
|
Это было настолько поразительно, что она не могла поверить глазам. Она в чаршафе вышла из комнаты и подбежала к лестнице: — Шайесте! Несрин! Почему Вы убрали кровать Бюлента? Она, прислушиваясь, ожидала ответа. Потом спустилась вниз и увидела Бихтер. — Почему ты бежишь, Нихаль? Бихтер словно решила смело смотреть в лицо неминуемой ссоре. — Убрали кровать Бюлента! — сказала Нихаль. Бихтер твёрдым голосом ответила: — Да, я велела убрать, Бюлент будет спать в отдельной комнате. Мы с ним так решили на прошлой неделе. Нихаль замерла на месте. Как? В конце концов они забирают у неё Бюлента, не хотят даже на одну ночь в неделю оставлять его со старшей сестрой и эта несправедливость творилась при участии Бюлента и ей даже не сочли нужным сообщить, более того, воспользовались тем, что её не было дома… О! Она не могла сказать ни слова, смотрела на Бихтер взглядом, полным злобного негодования, и вдруг вышла из себя: — Но Вы, зачем Вы вмешиваетесь! О! Вы, конечно, обманули Бюлента этими Вашими фальшивыми улыбками… Вы опять улыбаетесь, но теперь я знаю, понимаете? Я знаю эти Ваши улыбки, в них есть что-то отравляющее. Вы всё время отравляете окружающих. Бюлента ради Вас отправили в школу, ради Вас ребёнка туда выгнали, а теперь выгоняют и из комнаты старшей сестры. Куда Вы его выгоняете? На мужскую половину дома? Бихтер слушала с горькой улыбкой и тихим голосом ответила: — Ты несправедлива, Нихаль! Зачем ты говоришь в манере, о которой пожалеешь через пять минут? Подумай, Нихаль! Бюлент больше не мог спать в твоей комнате. Это было бы против правил. — Нет! — cказала Нихаль. — Вы лжёте! Невольная дрожь сотрясала её нежное, больное тело, губы побелели, в голосе было что-то хриплое, колючее, свистящее: — Это происходит из-за меня, а не просто так, понимаете? Это делается, чтобы мучить девочку, которая стала лишней в доме. Признайтесь, почему Вы скрываете? Вы хотите отдалить меня ото всех, оставить одну, и делаете это с момента своего появления. Бихтер побледнела и слушала, кусая губы. Она никогда не видела Нихаль в таком состоянии. Сейчас та стала раздражительнлй девочкой, которая говорила охрипшим от злости голосом, ни о чём не думая, не желая ничего слушать. Внезапно она приблизилась к Бихтер: — О чём Вы только что говорили? — сказала она. — Вы вели речь о том, что я пожалею через пять минут, да? Вы ошибаетесь, я наоборот сожалею о том, что не сказала Вам раньше. О! Я Вас никогда не любила, не смогла полюбить. Я Вас ненавижу, слышите? Только ненависть! У Бихтер гудело в ушах, она полагала, что наверху скрипели половицы, в коридоре медленно открывалась дверь и мадемуазель Де Куртон, Шайесте, Несрин и Бешир с довольными улыбками на губах слушали, как её унижали. Последние слова Нихаль стали хлыстом, который сразу заставил её покраснеть: — Нихаль! — сказала она. — Идите к своей гувернантке. Вам должны преподать больше уроков воспитания… Бихтер повернулась, чтобы не услышать ответа девочки, которая, не в силах ответить, дрожала от гнева, в это время дверь комнаты Аднан Бея открылась и Нихаль увидела перед собой отца. Отец и дочь посмотрели друг на друга пристальными, почти враждебными взглядами. Аднан Бей спросил: — Что происходит, Нихаль? Нихаль не ответила, она будто задыхалась, гнев отнял у неё последние силы. Теперь она была слаба, ей хотелось прямо там заплакать. Аднан Бей подошёл к ней и в его взгляде было больше жалости, чем гнева: |