Книга Запретная любовь, страница 96 – Халит Зия Ушаклыгиль

Люди толкались, прокладывали плечами дорогу на лестнице. Крик служанки, которая не могла пройти с подносом кофе, вой скучающего в толпе ребёнка, который пришёл с матерью посмотреть на невесту, проклятия арабской женщины, которая злилась, что ей наступили на ногу, вопли постаревшей служанки с накрашенным лицом, которую из-за этого ущипнула одна пожилая дама, стук тарелок, который слышался из столовой, тонкий звук саза, который играл наверху какую-то мелодию, весь этот шум и гам витал в воздухе над людьми.

Наконец состоялась долгожданная церемония. Нихаль смогла лишь увидеть её. Рядом с ней были женщины, которые специально принесли с собой платки. Неподготовленные прятали волосы под шёлковыми платочками, закрывавшими лишь пучки волос. Люди вставали на стулья, чтобы увидеть зрелище, достойное внимания.

Наконец, под одобрительные крики со всех сторон, Нихаль увидела красную феску, чёрный костюм с вышитым воротником и рядом голову в белом тюле, сиявшую бриллиантами. Маленькая пауза, громкий шум, потом… Нихаль не могла понять, из воздуха упали белые монеты и ожидавшие вокруг люди, как внезапно обрушившаяся большая волна, бросились на пол, чтобы собрать то, что падало из воздуха.

Денежный дождь разбрасывали горстями в обе стороны и волна лилась сверху, разделяясь и бросаясь то туда, то сюда. Люди хватали эти белые штуки. Больше не было видно ни церемонии, ни жениха. Теперь можно было уйти; но нет, никто не уходил, не собирался уходить; они собирались бесконечно сидеть здесь, глядя друг на друга, забавляясь этим шумом.

Оказавшись, наконец, одна в блаженной тишине своей комнаты, Нихаль подумала о прошедшей свадьбе, об услышанных и увиденных там вещах и приняла решение.

— Стать невестой? Ни за что! — сказала она.

Её не увидят свахи и не отправят со старой женщиной в Калпакчыларбашы. Она будет жить дома, у себя дома, в своей комнате, сама по себе, одна в мире.

Потом она подумала об отце. О! Если бы и отец был вместе с ней, и между ними, как прежде, никого не было…

У неё появилось желание снова сблизиться с отцом. Проснувшись утром, она почувствовала непреодолимую потребность увидеть отца.

Привычка заходить в комнату отца утром осталась настолько далёким воспоминанием, что она подумала, что делает что-то очень необычное, когда входила в его маленький кабинет, где провела годы наедине с ним.

Аднан Бей склонился над столом у окна и снова что-то вырезал. Он поднял голову и немного недоумённо посмотрел на Нихаль. Нихаль, улыбаясь, стояла перед отцом. Аднан Бей спросил:

— Как вышло, что сегодня утром маленькая госпожа пришла увидеть отца?

Нихаль с улыбкой пожала плечами. Она хотела сказать: «Могу ли я знать?» Да, знала ли она? Почему-то, безо всякой причины, она со вчерашнего дня думала об отце, а сегодня утром пришла в его комнату, повинуясь неизвестному чувству. Было достаточно слова, взгляда, пустяка, чтобы в её чувствах внезапно произошли самые большие изменения. В её сердце раздавался тихий голос, который говорил, что она и сама немного была причиной такого отдаления от отца. Она должна его простить, верно?

Она отодвинула маленький стул, не сказав ни слова, села напротив отца, положила правый локоть на колено, обхватила рукой маленький подбородок и с улыбкой посмотрела на отца, который бросил работу и теперь смотрел на неё. Она как будто изучала его.