Книга Тайны Изнанки, страница 92 – Елена Грановская

В конце месяца я при содействии родителей Лизы уговорил супругу поехать на дачу к своим: «Отдохнешь от городской суеты, расслабишься, подышишь чистым воздухом, будешь наедине с природой, вдали от московских забот, полезно для здоровья и тебе, и нашей неродившейся малышке»! На неделю уехали к моим родителям на дачный участок. Цивилизацией тут пахнет: энергия, связь, есть и баня, и душевая кабина в домике. На заднем дворике я разложил шезлонг для Лизы и надул рядом детский бассейн для Ариши, выпустил из переноски кота. Тот в первый раз оказался за пределами квартиры (если исключить разовый поход к ветеринару), поэтому мы не знали, как он себя поведет, и были настороже. Наш хвостатый слишком ленивый даже для того, чтобы пугаться неизвестной обстановки, поэтому все дни пребывания на даче он провел на втором этаже, в комнате, которую занял я с Лизой. Лишь однажды посидел на почтительном расстоянии у приоткрытой двери в полоске упавшего на пол солнечного луча, грея передние лапки с мордой и жмурясь. Все остальные множественные часы он игрался со своими звенящими шариками и заводными мышками, носясь по полу комнаты и выбегая в коридор, и растягивался на подоконнике, подставляя мохнатое пузо вечернему солнцу.

Раз Ариша силой выволокла его из дома и шутя окунула задние лапы и хвост в надувной бассейн. Кот заорал на весь участок, вырвался из рук дочки, сильно оцарапав ей шею и плечо, всё равно ухнулся нижней частью туловища в бассейн и, выпрыгивая из него, словно из кипятка, поднял кучу брызг, орошая Лизу, безмятежно слушающую аудиокнигу в наушниках. Лиза вскричала от неожиданности, Ариша заревела от боли, я бросил лопату и побежал на задний дворик, а ко мне навстречу пулей летит кот с глазами больше его морды и распушённым хвостом размером с колбасный краковский крендель. Не знаю, простил ли мне в итоге котяра мой поступок или нет, но тогда я среагировал мгновенно и единственно, как мне показалось, верно. Как опытный голкипер предугадал, в какую сторону от меня понесется кот, и бросился туда же, падая на землю и хватая животное за хвост. Бедняга заорал втрое громче, но я уже сгреб его на руки, прижимая к себе и пытаясь успокоить. С нервным и шипящим котом, изворачивающимся в руках и пытающимся выскользнуть, я прибежал к своим девочкам. Лиза уже осматривала царапины Ариши и успокаивала дочку, а я схватил чистое полотенце с шезлонга и, поставив кота на траву, досуха вытер его и осмотрел хвост: не расцарапал ли я сам нашего домашнего питомца. Кот шипел и норовил укусить. Я завернул его в то же полотенце, подбодрил дочку, сказал Лизе, где на кухне родители держат аптечку, и понес кота в дом, заперев его в нашей комнате. От стресса хвостатый забылся глубоким сном и проспал до самого ужина.

Казалось бы: описываемые дни, полные семейного счастья и неожиданных историй, не могут быть ничем и никем нарушены.

Могут.

Волшебный мир не хотел от меня отставать и стал напоминать о себе чаще, чем следовало. По моим понятиям.

Стоило мне выйти из лифта в торговом центре или спуститься в погреб родительского дома на участке, как обнаруживал, что я не в торговой галерее и не между банок с соленьями — я в каморке дома Милиана. И совершенно волшебному миру не важно, в каком я виде — в джинсах и рубашке или в шортах и перепачканной землей рабочей футболке: раз уж позвали (хоть даже голым будь) — марш на обучение и обязательные работы!