Книга Сведенные судьбой, страница 127 – Лиза Клейпас

— Но это вещи, естественные в типографском деле, или не так?

Между его черными бровями появилась складка, и он кивнул.

— Тогда из-за чего вы так беспокоитесь?

— Все это также используют для изготовления бомб.

Как только Габриель вернулся домой после дня, наполненного деловыми встречами, первым, кого он увидел в холле у входной двери, был Драго, явно дожидавшийся хозяина.

— Милорд, — выступил слуга вперед, чтобы помочь Сент-Винсенту, но его оттер плечом старший лакей, который принял шляпу хозяина и перчатки.

Габриель быстро спрятал улыбку, понимая, что Драго еще не освоил порядок приоритетов, касающихся мелких ритуалов, принятых в доме.

Определенная работа выполнялась слугами соответствующего статуса, и изменить такую практику было непросто.

Послав быстрый убийственный взгляд в спину старшего лакея, Драго повернулся к Габриелю.

— Можно на два слова, милорд?

— Разумеется. — Габриель и слуга прошли в утреннюю гостиную.

Драго представил хозяину краткий отчет о поездке в типографию, включая историю их спешного возвращения, а также доложил о подозрительных вещах в офисе и на складе. Габриель слушал доклад, хмурясь все сильнее.

— Что это были за химикаты?

В ответ Драго достал из кармана запечатанную пробкой пробирку и протянул ему. Габриель поднял ее к свету и медленно покрутил, разглядывая похожие на соль кристаллы, которые пересыпались внутри.

— Поташ, — констатировал Драго.

Это был обычный, легкоузнаваемый химикат, который использовали при изготовлении мыла, моющих средств, спичек, фейерверков и чернил.

— Большинство людей не станут беспокоиться, увидев это в типографии.

— Да, милорд.

— Но что-то во всем этом показалось тебе сомнительным.

— То, как это выглядело. То, как себя вела миссис О’Кейре. Этот мужчина, которого увидела леди Сент-Винсент. Что-то не так с тем местом.

Опершись рукой на раму, Габриель оглядел тихую улицу за окном, потом побарабанил пальцами по Дереву.

— Я доверяю твоим инстинктам, — сказал он наконец. — Ты видел столько разных бед, что понимаешь, откуда они могут нагрянуть. Но в полиции нас слушать не станут: нет убедительных улик. И я не знаю ни одного компетентного детектива во всем управлении: они либо коррумпированы, либо просто идиоты.

— Я знаю, с кем поговорить.

— С кем?

— Лучше не называть его имени. Он говорит, что большинство лондонских детективов примелькались: в преступном мире известно, как они выглядят, какие у них привычки, поэтому вся их работа бессмысленна. Скоро у них в управлении устроят чистку и организуют специальный отдел. Это пока секрет, кстати.

Габриель вскинул брови:

— Откуда тебе известно то, чего не знаю даже я?

— Вы многое пропустили, — заметил Драго. — Женитьба и все такое.

На губах Габриеля появилась улыбка.

— Свяжись со своим человеком, и как можно скорее.

— Сегодня вечером.

— И еще одно. — Габриель заколебался, почти страшась ответа на вопрос, который собирался задать. — У тебя возникли какие-нибудь сложности с леди Сент-Винсент? Может, она спорила с тобой, пыталась от тебя ускользнуть?

— Нет, милорд, — сухо ответил Драго. — Она кирпич.

— О? — Габриель был потрясен. — Хорошо. Он пошел наверх на поиски жены, ломая голову над заявлением Драго. В Лондоне на уличном жаргоне назвать кого-то кирпичом означало дать самую высокую оценку, которая предназначалась лишь мужчинам, при этом мужчинам исключительно преданным и имевшим доброе сердце. Габриель еще ни разу не слышал, чтобы Драго отпускал кому-либо подобный комплимент. На самом деле ему вообще не доводилось слышать, чтобы женщин когда-нибудь так называли.