Книга Моё живое сновидение, страница 27 – Алина Блинова

Парень сделал кивок и как-то странно развернулся, что даже каблуки щёлкнули. Это заметил и дедушка, а потому с довольной улыбкой спросил:

— Вы воспитывались в семье военных, Роман?

— Так точно, Денис Иванович, — немного растеряно ответил Роман, а затем вновь собрался, — Мой отец Олег Александрович Чернобуров, офицер пехоты, 749 стрелковый полк. Мой дед Александр Александрович Чернобуров, кавалерист, 1 бригада 4-й кавалеристкой дивизии.

— Значит, династия. Похвально, — дед улыбнулся широко и довольно, как сытый кот, и пошёл в зал.

Мы с Ромой за ним, а следом бабушка с подносом, где стояли чайник и чашки. То, что Рома был из семьи военных меня, конечно, удивило, но не так сильно, как самое его явление в мой дом. Он смотрелся здесь, как галлюцинация от переутомления после усердной учёбы.

Пройдя внутрь, каждый как-то сам нашёл себе место. Хозяева дома сели на диван, я присела возле окна, а мой суженый встал возле книжного шкафа, так, чтобы его было видно всем.

— Итак, уважаемые Денис Иванович и Лариса Владимировна, — уверенно начал нарушитель спокойствия нашего дома, выпрямив спину и убрав руки за спину, — Как вы уже поняли, я прошу Марину стать моей женой. В силу воспитания, я обязан сначала уведомить вас.

— Вот как, — усмехнулся дед, — А если мы не дадим вам благословения?

— А я его не прошу. Я сказал, что обязан уведомить вас, а не просить, — глаза Ромы блеснули дерзостью, — Мне нужно лишь согласие Марины. После мы подадим заявление, поженимся, я получу комнату в общежитии, дождусь очереди на квартиру, и мы переедем туда. Марина, — его изумрудные глаза встретились с моими, — Ты согласна?

Во время его речи бабушка косилась на меня и было в том взгляде то ли обвинение в её неосведомлённости, то ли сомнение в правдивости слов Романа, но я упёрто не отрывала взгляд от своего суженого. Было в нём в тот момент нечто такое, что заставило замереть сердце и желание подойти к нему и встать рядом. Чувство защищённости и того, что всё будет хорошо. И когда наконец наши глаза встретились, все сомнения и растерянность ушла. Я твёрдо знала ответ.

— Да, Ром. Безусловно, да.

Он улыбнулся мне и теперь вновь и до конца напоминал себя: взбалмошного и искреннего.

— А кем вы работаете, Роман? — начала расспрос комиссар нашей семьи в лице бабушки.

— Я слесарь на заводе, — вернул прежнюю отстранённую уверенность парень.

— А как вы познакомились с Мариной?

Мой наречённый жених бросил на меня короткий взгляд, я, будто читая его мысли, кивнула, и он с серьёзным лицом стал нести околёсицу.

— Мы с вашей внучкой познакомились в детстве во времена детского сада, общались в школе, но затем мне пришлось уехать по семейным обстоятельствам. И вот недавно мы столкнулись в трамвае и вновь начали общаться. Я ухаживал за ней долгое время, но она чётко дала понять, что желает лишь серьёзных отношений. И вот теперь я здесь.

— Тааак, — протянул дедушка, — Допустим это мы поняли. И чего вы от нас ждёте? Если уже всё решили.

— Почти ничего. Только присутствия на нашей свадьбе. Точную дату мы ваш сообщим.

Дед смотрел на Рому, Рома на деда. Это длилось может минуту, а может и все десять. На кухне засвистел чайник. Вместе с чайником закипал и воздух внутри зала. Но вдруг дедушка хмыкнул и улыбнулся. Да так широко, что даже глаза сощурились, рисуя в уголках морщинки. Я даже выдохнула от облегчения. Значит всё не так плохо.