Книга …И мы станем единым целым. Благодаря и вопреки. Так вот она какая – любовь!, страница 51 – Ирма Гринёва

И тут всё разом навалилось на Нэпэйшни: радость, ни с чем не сравнимое счастье (ничего подобного он раньше не испытывал) – у них с Анпэйту будет сын! Ужас – а вдруг с любимой случится то же самое, что произошло с матерью, когда она чуть не умерла в родах? Нет! Он не может этого допустить! И боль от мысли, которую он упорно гнал от себя всё это время: любимой нужно вернуться в свой мир. А он всё тянул с этим решением, перекладывая его с завтра на послезавтра, а, если не послезавтра, то в самое ближайшее время. Потому что не знал, не мог себе представить – что же тогда будет с ним? Без неё?

¹¹ – в переводе – «Ставящие Палатки в Оконечностях Лагерного Круга»

¹² – в переводе – «храбрый»

¹³ – типи имеет форму прямого или слегка наклонённого назад конуса или пирамиды высотой 4-8 м, с диаметром в основании 3-6 м. Каркас собирается из шестов длиной от 12 до 25 футов. Покрытие традиционно сшивалось из сыромятных кож бизонов и реже – оленей. В зависимости от размера, для изготовления типи требовалось от 10 до 40 кож. Для обогрева типи внутри разводился костёр, а сверху находилось дымовое отверстие с двумя дымовыми клапанами.

8

К началу лета в голове Нэпэйшни сложился чёткий план дальнейших действий. Он осторожно выспросил у Анпэйту как рожают женщины в её мире и много разговаривал с индейцами, интересуясь их контактами с бледнолицыми. Большинство полезной информации ему удалось почерпнуть на Празднике плодородия, куда съехались представители нескольких соседних племён.

Праздник должен был обеспечить успешную посевную и последующий хороший урожай для оседлых племён, занимающихся сельским хозяйством, а для кочевых племён скотоводов и охотников, таких, как хункпапа, – удачную охоту. Кульминацией праздника было жертвоприношение, которое посвящалось Заре, поскольку считалось, что именно от ее брака с Закатом рождаются приходящие в мир свет и тепло. Как рассказывали старики, раньше в жертву реально приносилась 13-летняя девочка. Четыре жреца поднимались вместе с жертвой на алтарь и торжественно привязывали ее к деревянной раме лицом к востоку. Как только первый луч зари касался земли, один из воинов выступал вперед и поражал девочку стрелой прямо в сердце. Другой воин делал ей надрез над сердцем освященным кремневым ножом и вымазывал свое лицо ее кровью, которая стекала на жертвенное мясо бизона, положенное в специально вырытую яму рядом с алтарем. Традиция жертвенного алтаря, состоящего из веток вяза, кустов бузины, американского тополя и ивы, которые ассоциировались с каждой из сторон горизонта соответственно, а также со священными животными: медведем, горным львом, дикой кошкой и волком, сохранилась, а живая жертва уже давно была заменена искусно изготовленной куклой.

Там, на Празднике плодородия, Нэпэйшни и услышал о белом шамане бледнолицых, совершающем чудеса с помощью священной связки магических предметов, но без ритуальных плясок и песнопений. Он понял, что белый шаман и есть тот доктор, о котором ему рассказывала Анпэйту. Оставалось дождаться Праздника бизона в середине лета, на который должны приехать представители кочевого племени кэддо с востока, которые принесли с собой легенду о белом шамане, чтобы точно знать, где его искать.

Однако и сейчас было ясно, что путь предстоял не близкий, и осилить его пешком любимая не сможет. Значит, необходимо было добыть лошадей. Хотя бы одну. Украсть у соседей означало разрушить и так хрупкий мир между племенами, Нэпэйшни не мог себе этого позволить, да и любимая была бы против. Взять у приютившего их племени хункпапа – покрыть своё имя вечным позором, каково тогда будет жить их сыну? Другое дело, если бы речь шла о родном племени осейджикау, туда Нэпэйшни вложил немало трудов за свои двадцать лет для его процветания и имел полное право присвоить себе не только лошадь. Купить скакуна у хункпапа тоже не представлялась возможность – их и так у них было мало. Да и что ценного для кочевников у них с Анпэйту было за душой? Да ничего! Другое дело бледнолицые! Нэпэйшни видел их только в бою в качестве врагов, а вот южные племена уже давно и успешно с ними торговали. Так перед Нэпэйшни встала близлежащая задача – добыть на охоте как можно больше пушных зверей: белок, лисиц, песцов, не испортив их шкурок. Индейцы утверждали, что этот товар ценится бледнолицыми, а на ежегодной осенней ярмарке, если повезёт, за него можно отхватить и лошадь.