Книга Вот как-то так, страница 22 – Ирма Гринёва

— А кто такой Владимир Высоцкий? — спросил тринадцатилетний подросток Сергей Безухов.

— Серёжа, это наш знаменитый бард, актёр театра и кино. Бард — это тот, кто сочиняет песни, и стихи, и музыку, и сам же их исполняет, как правило, под гитару. Поскольку ты живёшь во Франции, то, возможно, помнишь такую актрису Марину Влади? Она русского происхождения. Они с Владимиром Высоцким пережили очень красивую историю любви… Простите, мне сообщили, что наш автобус ждёт нас на стоянке. Вот видите, как раз уложились в пятнадцать минут.

²¹ — в древнерусском языке слово «огород» означало — ограда, изгородь. Обычный для русской народной речи повтор корневой основы, ещё больше усиливает экспрессию этого оборота, напоминающего всем нам, что отгораживаться от бед и напастей заборами любого типа — дело заведомо бесполезное.

13

Обзорная экскурсия по Екатеринбургу едва не обернулась катастрофой. Гид Катерина оказалась молодой женщиной. На вид лет тридцати, не больше. И поначалу не показалась серьёзным знатоком истории города. Николай Львович вцепился в неё как клещ. Буквально после каждых двух-трёх предложений перебивал рассказ гида замечанием, уточнением или вопросом. Лера распереживалась, но помочь молодому экскурсоводу ничем не могла. В отличие от графа Безухова, который, чувствовалось, глубоко знал предмет разговора, будь то узнаваемый всеми символ Екатеринбурга, его визитная карточка — дом Севастьянова или величественный местный Парфенон на Вознесенской горке — усадьба Расторгуевых-Харитоновых, Уральская гранильная фабрика, работающая с незапамятных времён, или заводы советских лет, ковавшие победу в годы Великой Отечественной войны, симпатичное местечко в центре города у реки Исеть, ласково прозванное екатеринбуржцами Плотинкой, или строгий памятник-обелиск к западу от города, символизирующий соединённость двух частей света — Граница Европы и Азии²², Лера была просто благодарным слушателем, у которого, честно говоря, в одно ухо влетает, а из другого вылетает, и остаются только отдельные фрагменты информации, чем-то задевшие за живое.

К чести Катерины она быстро поняла попавшийся ей контингент и перестроилась. Показала знание предмета, проявила искреннюю любовь к своей малой родине и продемонстрировала характер. Заставила себя слушать и уважать. Так крепко захватила внимание аудитории, что не пришлось перестаивать программу экскурсии (а Лера хотела ей это предложить), включающую в себя не только историческую часть, но и часть истории, которая явно была не близка зарубежным гостям, как, например, Афганская война и памятник, ей посвящённый — Чёрный тюльпан. Или совершенно несерьёзная её часть, явно развлекательная, как памятники на улице Вайнера — Уральском Арбате, начиная со скульптуры Гены Букина (ну, откуда такие гости могут знать героев наших сериалов?!) до Бабы Яги, сидящей на лавочке перед торговым центром.

И, тем не менее, всё у неё получилось! Влюбила она в свой родной город иностранцев, бывших наших соотечественников. А город-то не с простым характером, холодный поначалу и даже высокомерный. Сочетающий несочетаемое. Память о царственных страстотерпцах — Романовых с памятью о Ельцине, развалившем империю, бережно, по крупицам собранной на протяжении веков несколькими царствующими династиями. Высотные современные дома с трепетно пристроившимися у их основания деревянными домиками с резными ставнями и наличниками.