Онлайн книга «Вот как-то так»
|
Неожиданно для Леры делегация интерпретировала песню «Жираф большой — ему видней!». Причём, голоса разделились. Одни утверждали, что речь в ней идёт о межрасовых отношениях, другие, что о новых гендерах, усиленно продвигаемых заграницей. У них. (Слава Богу, не у нас!). Самой понятной для иностранцев оказалась «Лекция о международном положении», они даже похлопали после её окончания, как на концерте, и сказали, что подписались бы под каждым её словом. И хохотали до слёз над «Диалогом у телевизора». Лера уже было решила, что на этой прекрасной ноте можно закончить этот импровизированный концерт, но не тут-то было! В руках Олега Петровича откуда-то, как будто из воздуха, материализовалась гитара, и он протянул её с лукавой улыбкой Лере со словами: — Вы обещали нам сыграть! — Но мы уже пели те песни, которые я знаю, — попыталась улизнуть Лера. — Просим-просим. Ещё споём, — загалдели Безуховы. Ну, что делать? Пришлось взять в руки гитару. Обещала же. — Только поём все вместе, — строго сказала Лера, перебирая струны, и объявила, — «Песня о друге» и «Здесь вам не равнина». «Если друг оказался вдруг И не друг, и не враг, а — так, Если сразу не разберешь, Плох он или хорош, — Парня в горы тяни — рискни! Не бросай одного его, Пусть он в связке в одной с тобой - Там поймешь, кто такой…» «Здесь вам не равнина, здесь климат иной, Идут лавины одна за одной, И здесь за камнепадом ревёт камнепад. И можно свернуть, обрыв обогнуть, Но мы выбираем трудный путь, Опасный, как военная тропа. И можно свернуть, обрыв обогнуть, Но мы выбираем трудный путь, Опасный, как военная тропа… … Мы рубим ступени, ни шагу назад, И от напряженья колени дрожат, И сердце готово к вершине бежать из груди. Весь мир на ладони, ты счастлив и нем, И только немного завидуешь тем, Другим, у которых вершина ещё впереди. Весь мир на ладони, ты счастлив и нем, И только немного завидуешь тем, Другим, у которых вершина ещё впереди» И Лера поставила точку громким аккордом: — Вот так! — А ещё? — тихо попросил Николай Львович. — Я только две песни Высоцкого знаю. — А другие? — Другие — только туристические. Вы их точно не знаете, а я одна петь не люблю. — Я подпою, — вдруг откликнулся Олег Петрович. Не успела Лера отреагировать, как его поддержали ещё голоса: — В интернете слова найдём. (Это Серёжа) — Мы тоже подпоём. Можно? (Это совершенно незнакомая пара средних лет, не из делегации, видимо, с их этажа. И когда присоединились? — Лера не заметила) — Пожалуйста, Лера, нам очень любопытно. (Это опять Николай Львович. Просит, не требует. Ну, как откажешь графу?) Лера со вздохом опять взяла в руки гитару. И в сопровождении простеньких аккордов на 23-м этаже самой высокой гостиницы Екатеринбурга зазвучали трогательные стихи русских бардов, положенные на незамысловатую мелодию. «…Понимаешь, это просто, очень просто, Для того, кто хоть однажды уходил. Но представь, что это остро, очень остро Горы, солнце, пихты, песни и дожди. Пусть полным полно набиты Мне в дорогу чемоданы Память, грусть, не возвращённые долги. А я еду, а я еду за туманом, За мечтами и за запахом тайги» «Нет мудрее и прекрасней Средства от тревог, Чем ночная песня шин. Длинной-длинной серой ниткой Стоптанных дорог Штопаем ранения души. |