Книга Вот как-то так, страница 36 – Ирма Гринёва

А потом тебя опускают так низко, что ты почти касаешься ногами воды. (Ольга-то, со своими длинными ногами реально касается, а Лере с Ксюшей достаются только брызги по пяточкам) Сердце замирает — вдруг расчёт окажется не верным, и мы плюхнемся в море? И никакие спасательные жилеты, и не твоё умение плавать не спасает от этого иррационального страха.

Но всё обходится, и ты опять взмываешь ввысь. Правда, от этого становится немножечко грустно, потому что тебе просто дают последние мгновения для того, чтобы попрощаться с этим голубым небом, с этим лазоревым морем, с этим песчаным берегом. Сеанс счастья окончен.

22

Остальная часть дня проходила спокойно. Аниматоры, видимо, отдыхали после вчерашнего бурного дня. Кроме утренней зарядки, на которую компания не ходила, ничего не было, никто между зонтиками, кроме зазывал посетить хамам или поехать на меховую фабрику, не ходил.

Лера лежала под зонтиком в полнейшей нирване — ни мыслей, ни желаний, одна расплавленная субстанция. Зазвонил телефон. «Опять, небось, реклама», — лениво подумала Лера, но телефон в руки взяла. Звонил брат. У Леры всё похолодело внутри, — «Папа!» От расслабленности не осталось и следа. Лера вскочила с лежака, бросила на ходу:

— Девчонки! Присмотрите за Ксюшей. И найдите Ольгу.

Отошла подальше от людей и только тогда ответила на звонок.

Татьяна осталась присматривать за детьми, увлечённо копающимися в песке, а Зоя побежала навстречу Ольге, как раз вышедшей на берег.

— Олечка! Тебя мама зовёт.

— Что-то случилось? — насторожилась Ольга, а сердце её сжалось от боли.

— Ей кто-то позвонил. Она прямо позеленела вся.

Зоя, Таня и подошедшая к ним Катя с тревогой наблюдали за двумя фигурами — матери и дочери, стоявшие поодаль. Они были в курсе их семейных обстоятельств. Отец Леры был болен. Последняя стадия онкологии. В любой момент может прийти весть…

Но вот Оля обняла маму, а потом разошлись. Оля развернулась и пошла обратно к компании, а Лера в обратную сторону. И подруги выдохнули.

— Всё в порядке?

— Да, слава богу.

— А куда мама пошла?

— Ей надо побыть одной, успокоиться.

— Что-то случилось? — раздался голос незаметно подошедшего Олега Петровича.

— Ничего страшного, — ответила Оля, — Ложная тревога.

Оля отошла к детям, чтобы с их помощью отвлечься от тревожных мыслей, а девочки вернулись на шезлонги. Но в их маленьком кружке всё равно чувствовалось напряжение. Олег улежать не смог. Поворочался и пошёл вслед за Лерой.

Пусть в большой компании, о которой он никак не предполагал, ему и пришлось отказаться от планов сблизиться с Лерой, но он не выпускал её из виду. Картину разговора Леры с дочерью видел. И то, какой бледной вернулась Ольга, хоть и пыталась держаться, заметил. Что-то случилось. И он хотел знать — что. Помочь, чем сможет.

Лера сидела в баре и крутила в руке стакан с водкой. Рядом стоял ещё один, но уже пустой.

— Я могу чем-то помочь? — спросил Олег.

Лера, похоже, его не услышала. Как сидела, так и продолжала сидеть. Олег осторожно положил руку на её плечо, и только тогда она повернула голову. Её бледное лицо с несчастными глазами, вдруг, исказилось гримасой. Она сбросила с себя чужую руку и зло сказала, как припечатала:

— Какие же вы все,мужики, эгоисты! Ничего кроме себя, любимых, вас не волнует!