Книга Вот как-то так, страница 45 – Ирма Гринёва

— Давай тогда выпьем за упорство и стойкость!

— А давай!

Чокнулись. Выпили. Налили ещё.

Когда Ольга вернулась домой, мужики уже были хороши. В хлам, конечно, не упились, что им, при их комплекции, 0,7 литра на двоих? Так, слону дробина. Но к маме идти уже было нельзя. И за руль садиться тоже. Пришлось вызывать Олегу такси.

²⁹ — происхождение фразеологизма не понятно. Версий много, но, ни одной правдоподобной. «Макаром» — то есть «методом», способом», это из той же серии выражений в русском языке, что и другие, произведённые из имён собственных: Кузьма — «подкузьмить» (подвести), Егор — «объегорить» (обмануть). Имя Макар встречается во многих поговорках, начиная от самой известной, которая первой приходит на ум — послать «туда, куда Макар телят не гонял», до малоизвестных — «Не шути, Макар, коль до шапки не достал», «На бедного Макара везде беда напала», что наводит на мысль, что это имя просто очень удобно рифмуется.

27

Звонок в дверь застал Леру за уборкой. Она едва его расслышала из-за гула пылесоса.

— Кто там?

— Мам, это я.

Лера распахнула дверь и увидела перед собой… Олега. За его спиной маячила Ольга. Лера застыла в изумлении. Потом её прошиб холодный пот. Предстать перед любимым человеком в таком затрапезном виде — такое может присниться только в кошмарном сне, а с Лерой случилось наяву. Сработал инстинкт самосохранения разума, и Лера выпала из реальности. Также как в тот день, когда они впервые встретились в гримёрке Останкино. Как во сне Лера проводила Олега на кухню.

Разговор начать никто не решался. Олег пытался справиться с собой, потому что его взгляд то и дело цеплялся за выпирающие точки сосков груди на весёленькой футболке Леры в крупную разноцветную полоску, явно не стеснённые нижним бельём, что путало его мысли. И Лера никак не могла собрать мысли в кучку.

Наконец, её взгляд сфокусировался на бутылке вина, принесённой Олегом. Она достала открывалку и, молча, подала ему. Он, также молча, открыл вино и разлил по бокалам. Лера повертела бокал в руках, залпом выпила вино и решительно начала:

— Как тебе мой модный прикид?

— Нормальный домашний вид, — ответил Олег, стараясь не смотреть на Леру.

Лера его блуждающий по кухне взгляд восприняла как оценивающий обстановку.

— А как тебе мои «хоромы»?

— Очень уютно, — искренне ответил Олег.

— Ну, да, ну, да! — скривила губы Лера, — И очень «просторно».

— Какая разница? Лишь бы было удобно.

— Ну, да, а еда вкусная. Как же, помню.

Разговор явно уплывал не туда, и Олег жёстко произнёс:

— Знаешь, мы сколь угодно долго можем заниматься словесным пинг-понгом, дойдём от бытовухи до теории непересекающихся миров, но всё это чушь! Главное, есть у людей чувства друг к другу или нет. Если — нет, то и говорить не о чем, незачем искать отговорки. Если же оба любят, то всё остальное преодолимо…

— «…один Жираф влюбился в Антилопу», — процитировала Высоцкого смущённая Лера, — И ушли они жить к бизонам… Ты не понимаешь… А-а, ладно! — махнула она рукой.

Одним махом выпила очередной бокал вина и… пересела к Олегу на колени. Обняла и поцеловала.

Олег опешил от резкой смены настроения Леры. Только потянулся обнять её, прижать к себе, как она прервала поцелуй и понуро сказала:

— Вот видишь, я уже даже целоваться разучилась…