Книга Чистой воды блеф. Настоящая итальянская жена, страница 34 – Ирма Гринёва

Дарио в срочном порядке вернулся во Францию и перекроил работу под своё нахождение в Италии. За 5 лет ему удалось создать вокруг себя сплочённую команду, и здесь он был уверен на все 100%. А вот разговор с Орабель был трудным и оставил на сердце какую-то ноющую боль. Конечно, он понимал, что никакая девушка не будет довольна переносом сроков свадьбы на неопределённое время, но он всё-таки рассчитывал на её сочувствие и согласие на переезд в Италию. Слова сожаления были сказаны, но оставили в душе Дарио червоточинку сомнения насчёт чего Орабель больше переживает: о приближении невосполнимой потери самого родного для её любимого мужчины человека или об отдалении перспектив стать синьорой Бонмарито⁵?.. А вот от скорого переезда в Италию девушка отказалась категорически, сославшись на уже заключённые контракты. Орабель работала моделью, а этот бизнес не терпит исчезновения с подиума даже на короткое время – слишком много желающих занять твоё место. Дарио недоумевал по этому поводу: ведь всё равно замужество оборвёт её модельную карьеру, так какая разница сделать это месяцем раньше или месяцем позже? Или она настолько не доверяет ему, что готова это сделать только после получения Свидетельства о заключении брака? Но когда он предложил Орабель тихо расписаться в мэрии, она тоже отказалась – ей хотелось красивую пышную свадьбу, белое шикарное платье, много гостей… Они даже немного поссорились (впервые за их отношения). Лишь ночью их помирил секс, но не снял возникшие противоречия.

И Дарио вернулся в Италию один.

¹– в переводе  – «обладает многим, богатый»

² – в переводе  – «маленький, бессмертный»

³ – родитель

⁴ – в переводе – «золотая, красивая»

⁵ – в переводе – «хороший муж»

Видя, какой радостью зажглись глаза отца при встрече с сыном, у Дарио сжалось сердце и застрял комок в горле, и он окончательно уверился в правильности своего решения вернуться. Правда, когда Амброджино узнал об отложенной из-за него свадьбы, то занял позицию Орабель и начал уговаривать Дарио вернуться во Францию или провести церемонию здесь, среди полей и виноградников Апулии. Если бы было всё так просто! Орабель мечтала о свадьбе только в Париже и Дарио почти смирился с мыслью, что не все его итальянские родственники и друзья смогут приехать, но играть свадьбу без отца – это было не мыслимо!

Через пару месяцев после операции Амброджино почувствовал себя значительно лучше. Он повеселел, прибавил в весе и стал напоминать сыну того неунывающего отца, каким он оставил его 5 лет назад. В голову Дарио даже закралась мысль, что медики ошиблись с диагнозом, и скоро всё вернётся на круги своя. Он начал подумывать о возвращении во Францию. Здоровье отца явно пошло на поправку, их семейный бизнес – виноделие, находился в надёжных руках cognatо⁶ Алберто⁷ – старшего брата матери Дарио – Эрсилии⁸.

Амброджино и Алберто, зять и шурин, сдружились сразу, ещё при знакомстве семей перед свадьбой отца и матери Дарио. Сначала их сблизило одинаковое дело их жизни – виноделие, а потом – общее горе… Эрсилия и жена Алберто с их ещё не рождённым ребенком погибли в автокатастрофе: на крутом повороте горного серпантина им навстречу вылетел мотоциклист, и столкновения избежать не удалось. Машину, в которой ехали женщины, подбросило в воздух, она несколько раз перевернулась, а потом упала в пропасть. Мотоциклиста расплющило о скалу. Так Амброджино и Алберто одновременно стали вдовцами. У обоих браки были первыми, поздними и стали единственными. Через год Амброджино уговорил Алберто продать свои виноградники в Венето и переселиться к нему в Апулию, чтобы стать его партнёром по бизнесу и вторым отцом трёхлетнему Дарио. Этот малыш и виноградная лоза стали той опорой и смыслом жизни двух мужчин, которые помогли им не сломаться, выжить и даже постепенно научиться радоваться этому миру, принимать его таким, какой он есть. Вина Апулии – крепкие, глубокого цвета и насыщенного аромата сильно отличались от тех, которые производились в Венето – свежие, с бодрящей кислинкой и ярким плодовым ароматом. И партнёры решили создать нечто новое, отличающееся от традиционных вин обеих областей – более чистое, тонкое, можно даже сказать – утончённое, с выразительным букетом, достойное стать гимном в честь их так рано ушедших жён. 20 лет напряжённых трудов сделали своё дело: вино получилось и начало быстро завоёвывать рынок, раны на сердцах затянулись, а Дарио вырос.