Книга Приди в такое время…, страница 11 – Ирма Гринёва

Сеньору ожидание не беспокоило, она была в предвкушении того, как станет обладателем, причём, первым обладателем, этого великолепного, роскошного, изысканного чуда.

Оба супруга сошлись на том, что вчерашнее очарование Дефне связано исключительно с серьгами в её ушах, поскольку сегодня она выглядела вполне заурядной девушкой, на которую вряд ли кто-то может обратить внимание и, тем более, запомнить.

Сколько дней и ночей Синан работал над эскизами, он не знал. Как и не знал — ел ли он что-нибудь, спал, ходил в туалет. Как он и предполагал, в разработке «Лета» и «Осени» пришлось сдерживать свою фантазию усилием воли. И всё равно получилось несколько вариантов, из которых он никак не мог выбрать два лучших. Ничего страшного! Когда он приступит к детальному выбору камней, всё случится само собой.

А вот «Зима» получилась сразу, здесь он не угадал. Он закрывал свои глаза и явственно представлял глаза Дефне, яркие и глубокие в обрамлении ресниц, какими он их увидел, когда она в ресторане демонстрировала серёжку Аурелио, и они оказались лицом к лицу. И вот, первый вариант «Зимы» готов.

А второй… Второй был безмолвным способом попросить прощения за всё то, что он делал ей в течение месяца. Её растерянные глаза, когда она осталась одна стоять столбом посреди кабинета, где куча мужчин сидела за столом. Её застывшие глаза, которые она подняла на него, когда ей надо было вытащить лист бумаги из-под его ботинка. Её обиженные и немного рассерженные глаза, когда он очередной раз обвинил её в потери важного документа. Её всё понимающие глаза, когда он ругал её, ругал несправедливо, за неразбериху в своём расписании, которую сам же и устроил. И почему ему тогда казалось, что её глаза ничего не выражали? И почему сейчас, по воспоминаниям, он находит в них столько оттенков, столько разных выражений?

Супруги Висконти дождались эскизов. Пришли в такой восторг, что не смогли выразить его словами. (И это словоохотливые итальянцы!) Синьор Аурелио чуть не прослезился, обнял Синана, и, молча, подписал договор. Сеньора Кэприсия плотоядно посмотрела на Синана, обняла его и вышла из кабинета. Этот низменно-чувственный, сладострастный взгляд, он понял это, уже не относился к нему, а лишь к результатам его работы, которые вскоре, или когда-нибудь, окажутся в её руках. Он, наконец-то, избавился от её прилипчивого внимания! И, похоже, за это тоже надо поблагодарить Дефне…

6

…момент, когда невозможно было отказаться

Документы волшебным образом утратили способность летать по кабинету и перестали пропадать. Кофе стал вкусным, а расписание идеально выверенным. На совещаниях Дефне всегда находилось место за столом, причём, исключительно рядом с начальником. Он же, неизменно галантно, отодвигал и придвигал её стул.

Из капризного и вредного начальника Синан превратился, нет, не в обходительного и справедливого, а в этакого шаловливого соблазнителя. То руки Дефне, как бы нечаянно, коснётся, то плечика, когда стул придвигает. То подойдёт сзади так близко, но, не касаясь, что опаляет жаром своего тела. И всё это так тонко и невинно, что обвинить в приставаниях не выходит. То какую-то мелочёвку подарит, типа конфеты. Не будешь же из-за такой ерунды в позу становиться — подарков не принимаю?! То смотрит, вроде бы задумавшись, так сладко, что колени дрожать начинают. И молчит, так что и повода поговорить нет.