Книга Приди в такое время…, страница 14 – Ирма Гринёва

Больше половины слушателей семинара рванула из аудитории, не взирая на ещё двух, не выступивших, его участника. Сказать, что Синану было их жалко, значит соврать. Наоборот, он был чрезвычайно доволен произведённым эффектом и на слушателей, и на Дефне.

Дефне прекрасно понимала, какую игру ведёт с ней Синан. Когда-то и сама виртуозно ею пользовалась, а теперь вот на себе испытывала плоды. Работала тактика, работала! Но, если конечной, стратегической целью соблазняющих действий Синана является начало сексуальных отношений, то ей сейчас не до этого. А работа нужна, как воздух. Вот и получалось, что приходилось терпеть, сдерживать себя и увиливать от него. И ещё больше усилий направлять на поиски нового места работы.

Впрочем, до вечера он оставил её в покое, занятый переговорами с многочисленными представителями торговых домов, производителями драгоценных металлов и камней, работниками СМИ, пытающимися договориться об интервью. Дефне вынужденно присутствовала при этих разговорах, но старалась держаться хоть и рядом, но вне досягаемости его рук и вне поля зрения его глаз.

Где прямого контакта избежать не удалось, так это на благотворительном ужине, организованном спонсорами выставки-ярмарки для руководителей предприятий-участников. Дефне была в таком напряжении, что первый же танец закончился для неё обмороком. Синан так нежно её обнял, что она почувствовала себя в полном окружении, не оказалось у неё ни пространства для манёвра, ни глотка воздуха для дыхания.

¹⁴ — выдержка из книги Г.Гессе «Степной волк»

8

…я пережил тысячу историй любви,

и ни одна из них не важна для меня

Устал на этой выставке-ярмарке Синан как собака. Устал потому, что все дела в воскресенье свалились на него. Остался он и без помощницы, поскольку после обморока Дефне пришлось отправить домой на такси, и без Ягыза, который отправился домой ещё раньше, сразу после закрытия выставки в субботу. И от журналистов отбивался сам, и деловые переговоры вёл один, и контролировал демонтаж стенда Арт-сина тоже сам. И, тем не менее, был счастлив так, как, пожалуй, ещё никогда в жизни. Идеи будоражили кровь, перспективы кружили голову. Нет, не мог он в таком состоянии ехать домой, необходимо было поделиться этим с Ягызом. И выяснить, наконец, из-за чего он так спешно покинул выставку.

Ягыз как будто ждал его, так быстро открыл дверь.

— Ягыз, брат, как ты? — кинулся обниматься с порога Синан.

— Проходи, — улыбнулся Ягыз, — Как всё прошло?

— Брависсимо! Перфэтто! Грандиозо! Как сказал бы наш итальянский друг Аурелио. Только бросили меня одного.

— Так получилось… Проходи, расскажешь всё по порядку.

— Озджан уже спит? Ты один?

— Озджан вышла подышать свежим воздухом.

— Слушай, мы такой фурор произвели! Некоторые позеленели от зависти. Алтынбаш¹⁵ вокруг меня, как ворон, кружился. Представляешь, где он и где мы по масштабу? Хорошо, что мы сразу оформили патент, так что я им крылья-то обломал. Торговые дома в очередь. Журналисты на разрыв. Займись этим завтра же. Выбери два-три издания, не больше. Времени нет. В первую очередь займёмся каталогом.

— Диренч¹⁶ под парами, ждёт только, когда позовём.

— У меня такая шикарная идея по поводу каталога. Не знаю, подойдёт ли к ней Диренч, справится ли. Представь, никаких чёрно-белых снимков. Серьги на моделях. Четыре времени года — четыре модели. Крупный снимок лица с макияжем в профиль с одним вариантом серёжек. Второй — без макияжа с другим вариантом. Потом в анфас — поллица с макияжем, поллица без макияжа.