Онлайн книга «Наш неоконченный роман. Молчун ты мой любимый»
|
— Ну, успокаивайся, успокаивайся, а то Полинку разбудишь! Только скажи, что произошло? Ты же знаешь, я всё для вас сделаю! Тоня всхлипывала, закрыв лицо ладонями и уткнувшись в плечо Романа. Он баюкал её, как ребёнка, одной рукой, а другой успокаивающе гладил по спине. Её чудесные пышные волосы щекотали его нос. А пахли! Пахли так соблазнительно, что он и сам не заметил, как начал покрывать их лёгкими поцелуями. Потом его губы переместились на Тонины руки, закрывающие лицо. А потом почувствовали её горячие губы. Она сама к нему потянулась. Сама. Всем телом. И вот они уже вместе упали на диван и крепко прижались друг к другу. Одежда мешала. Они скинули одежду и неистово целовали и гладили друг друга. Их губы, их руки вспоминали каждую ложбинку, каждый изгиб, каждую родинку… Роман мягко вошёл в ту последнюю сокровищницу на её теле, которая делает соединение мужчины и женщины поистине цельным, замыкает их тела в нерушимый круг, сеет семена жизни, обещает бессмертие, собственное возрождение в детях, внуках, правнуках… Но Тоня не позволила чуду совершиться. Она забилась в его руках, начала сопротивляться, отталкивать Ромку. Отчаянно шептала, даже в порыве страсти помня о спящей дочери, и пытаясь не разбудить её: — Нельзя! Нам нельзя! У тебя другая! Нельзя! У тебя ребёнок будет! Отпусти! Нельзя! Ромка не сразу сообразил, о чём она толкует. Враньё, оно ведь не запоминается, не сидит в голове постоянно. А, когда, наконец, вспомнил, – расхохотался и попытался справиться с бушующей женой. Пришлось применять силу. Навалился на неё всем телом, брыкающиеся ноги зажал коленями, руки удерживал на кисти, а сам губами пытался поймать Тонины губы. Она мотала головой и даже попыталась его укусить. Тогда он изловчился и перехватил её руки одной своей рукой, а второй зажал ей рот и нос. — Я тебя сейчас отпущу, а ты меня спокойно выслушаешь. Договорились? Тоня моргнула глазами в знак согласия. Ромка снял руку с её лица, и Тоня тяжело задышала, судорожно восполняя нехватку воздуха. — Слезь с меня, – сказала строго, отдышавшись. — Мне и так хорошо! Сначала скажу, а потом видно будет! — Говори уже скорее и вали отсюда! — Ого, как ты заговорила! – искренне изумился Ромка, – Я от тебя таких слов в жизни не слышал! — Много ли было той жизни? – с горечью ответила Тоня, – Без тебя в два раза больше, чем с тобой. — Вот я и хочу это исправить, – ласково произнёс Ромка, пытаясь опять поцеловать жену. — Женившись на другой? – прошипела Тоня, уклоняясь от Ромкиных губ, – Или гарем решил завести? — А что? – развеселился Ромка, – Пойдёшь ко мне старшей женой? — Спешу и падаю! — Мы, кажется, ревнуем, а? – съехидничал Роман. – А единственной пойдёшь? – спросил он и замер. — Как ты… Как тебе… Тоня от возмущения не могла ни одну фразу договорить до конца: — Она же беременна от тебя! Гад! Предатель! И она опять начала биться под ним, пытаясь сбросить с себя. Ромка понял, что зашёл слишком далеко, заигрался: — Да нет у меня никого! Придумал я всё! Да, тише, ты! Посмотри мне в глаза! Тоня, слышишь! Нет у меня никого! – сказал Ромка, отдельно чеканя каждое слово, когда поймал Тонин взгляд, – Стратегия и тактика укрощения строптивых жён! — Ах, ты! – не нашлась с определением Тоня. И откуда силы нашлись – скинула с себя Романа, да ещё и пощёчину умудрилась ему залепить. |