Книга Наш неоконченный роман. Молчун ты мой любимый, страница 69 – Ирма Гринёва

Да и вообще! Совместных встреч хоть и было не избежать (бабушка уже выздоровела), но они были столь редки (друзья усиленно занимались перед окончанием университета), что особого неудобства в отношениях не доставляли. Тим по-прежнему был с Лидой, а Мишка по-прежнему таскал на них разных девчонок.

Только вот с девушками у Мишки что-то разладилось. Перестал он заглядываться на каждую юбку. Тяготиться стал их присутствием, чуждым их тесному кружку на троих. И счастлив был только тогда, когда писал Лидочке длинные смс с описанием какого-нибудь переживания, события, произошедшего с ним, пусть даже самого крохотного, незначительного. И ещё более счастлив, когда получал ответные от неё.

Мишка влюбился! Вернее, полюбил. Первый раз в жизни. И вот это уже была настоящая измена. Предательство их дружбы с Тимом. Это Мишка осознал чётко, но поделать с собой ничего не мог! И однажды не выдержал – подловил Лидочку после занятий (ведь он доподлинно знал всё расписание её жизни, а не только лекций и семинаров) и признался в любви.

С этого дня всё ещё больше запуталось и стало сложнее. Влюблённые уже вдвоём мучительно искали выход из положения, наиболее безболезненный для Тима, и не находили его. А Тим строил планы на будущее и делился ими с другом. Обсуждал с Мишкой, в какой день сделать предложение Лидочке – в день её восемнадцатилетия или до него? Свадьбу назначить в этом году или подождать пока их бизнес наберёт силу, чтобы чувствовать себя увереннее в финансовом отношении? Как-то стыдно просить деньги у бабушки на начало семейной жизни.

А Лиде и Мишке было стыдно смотреть в глаза Тима. Но они всё откладывали и откладывали решающий разговор, пока больше откладывать стало нельзя. Лидочка забеременела.

Какими словами они объяснялись с Тимом, Михаил Сергеевич не запомнил. Воспоминания об этом дне были отрывистыми и очень мучительными. В Тиме словно свет выключили. Он не сказал ни слова. Молча встал и ушёл. (Каким этот день стал для Тимура Георгиевича, Шурочке даже представить себе было страшно).

Лидочка прорыдала весь вечер. А ночью, едва они задремали, их разбудил звонок от Анастасии Николаевны – внук не пришёл домой ночевать, без предупреждения, чего раньше никогда не было, и на звонки не отвечает – «телефон выключен или находится вне зоны сети», как металлическим голосом сообщил автомат. Мишка на ходу сочинил для пожилой женщины, что Тимуру понадобилось срочно уехать из города по делам бизнеса. А сам подхватился искать друга по тем местам, где по его разумению он мог быть. Лидочка наотрез отказалась оставаться дома одна, и они вместе, взявшись за руки, мотались по ночной Москве.

Утром обзвонили всех одноклассников, сокурсников и кучу просто знакомых. Никто о Тиме ничего не знал. Не дали никаких результатов и звонки в справочную службу по несчастным случаям и больницы. Нигде Тима не было. В полиции заявление о пропаже человека у них не приняли. Во-первых, у него есть родственники, а во-вторых, ещё не прошло трое суток. Но в морги на опознание дважды вызывали. И слава богу, что его там не было.

Только к вечеру второго дня поисков они сообразили, что бабушка Тима больше им не звонила. Подумали самое страшное. Домой к Анастасии Николаевне Мишка отправился сам. У Лидочки сил больше не было.