Книга Наш неоконченный роман. Молчун ты мой любимый, страница 97 – Ирма Гринёва

Шурочка сидела, оглушенная услышанным. Ведь всё это она могла узнать уже давно от мужа, если бы не оттолкнула его, окуклившись от обиды. Сама себе создала версию случившегося, сама в неё поверила, сама и наворотила… И даже ещё раньше! Если бы поговорила с Андреем тогда, в машине, когда он вёз её домой. А она надулась на весь свет и не пожелала ни с кем общаться. А всего лишь надо было поговорить, спросить, выслушать. И не было бы этого дурацкого развода, этого расставания, этого переезда. И боль бы уже давно прошла. И её. И мужа. Растворилась бы в их любви. И друг к другу. И к сыну. Но ведь не поздно ещё всё исправить?! И Шурочка деловито вскочила со стула:

— Так! Собирайся! Мы летим в Питер первым же рейсом. Найди билеты, а я пойду соберу вещи Лёвушки.

— Не надо, Александра Ивановна! – неожиданно заупрямился Андрей.

— Что не надо? – удивилась Шурочка.

— Не надо сейчас лететь в Питер. У меня на этот счёт чёткие инструкции от Тимура Георгиевича.

— Что за ерунда! Никто не имеет права запрещать мне увидеться с мужем. Даже он сам!

— И всё-таки, нам будет лучше остаться в Москве.

— Так, Андрей! Ты мне что-то определённо не договариваешь. Или говори всё, или я еду в Питер. С тобой или без тебя!

Андрей пробурчал:

— Тимур Георгиевич меня убьёт…

Шурочка решительно встала, желая показать твёрдость своих намерений, и Андрей промямлил:

— Ну, я это… Он когда… В общем… Короче, я всё знаю…

— Вот и прекрасно! – подстегнула его Шурочка, – Рассказывай, раз всё знаешь!

— Я знаю… что Вас… Ну, короче… Что Вас…

— Ну, говори уже!

— Что Вас изнасиловали, – выпалил Андрей.

— Что?!? – обомлела Шурочка.

— В общем, – заторопился соскочить со скользкой темы рассказчик, – Вы когда ушли, Тимур Георгиевич напился и начал всё в доме крушить. Мы, было, сунулись к нему, но он начал палить из пистолета, потом, когда обойма кончилась, из охотничьего ружья. А там патронов не меряно… И всё орал: «Убью гадов!» Холодов, это новый начальник охраны, растерялся, и мы его уговорили позвонить Павлу Петровичу. Всё-таки, мужик с боевым опытом, да и с Тимуром Георгиевичем не один десяток лет знаком, не то, что новенький. Вот он и смог к Тимуру Георгиевичу подобраться. Ружьё мы у него отобрали, а потом квасили до утра уже втроём. Тогда он и рассказал об э т о м… А ещё о том, что собирается убить и Квасневского, это тот, кто организовал похищение ради победы в тендере, и тех, кто посмел до Вас дотронуться. А потом сдаться полиции. И это хорошо, что Вы с сыном ушли. Чтобы эта грязь Вас больше не касалась. Когда Тимур Георгиевич заснул, Павел Петрович ушёл. Мне велел не говорить ему, что приходил, и о словах этих не напоминать – авось, забудет. С ребятами из охраны сам поговорил. Только Тимур Георгиевич о своём намерении не забыл. И начал с Квасневского. Ох, и поперёк горла встал гаду этот тендер! Как Вы в начале февраля уехали в Москву, так у него сплошные неприятности одна за другой. А потом и вовсе пропал. Тимур Георгиевич злился, что не у кого про псов его узнать, кто участвовал в Вашем похищении, а потом его, вдруг, самого к следователю вызвали. Вот так он и узнал, что Павел Петрович его опередил. Себя подставил, поскольку считал себя виноватым в Вашем похищении. Убил Штыря… Ну, это тот, который Вас… в общем… Ну, Вы поняли… А второго, Гладиатора²⁷, так покалечил, что мама не горюй. Квасневскому тоже досталось, хотя он клялся и божился, что приказывал пылинки с Вас сдувать, а не это… другое… Короче, все его будущие тендеры будут теперь на лекарства уходить. А следователь чего Тимура Георгиевича-то вызвал? Павел Петрович сам сдался и про всё рассказал, кроме причины, по которой он это сотворил. И Квасневский с Гладиатором в несознанку ушли, видимо, крепко их Павел Петрович запугал. Да и кому охота срок себе наматывать за похищение человека? От пяти до двенадцати. А следователь въедливый попался, или интуиция у него сработала – почувствовал, что какого-то важного звена не хватает. Через общий бизнес с Квасневским и бывшую работу Павла Петровича вышел на Тимура Георгиевича. По его версии Тимур Георгиевич – заказчик, а Павел Петрович лишь исполнитель, а его увольнение это так, для отвода глаз. Версия версией, а доказательства только косвенные, поскольку фигуранты дела все молчат, как воды в рот набрали. Вот и посадил он Тимура Георгиевича под домашний арест пока идёт следствие.