Книга Немезида ночного ангела, страница 141 – Брент Уикс

Можно даже не надеяться на то, что убийца оставил браслет, но проверить все-таки стоит. Мало ли. Я быстро и осторожно роюсь в вещах Филанта и Юлины. Ничего. Затем я снова поворачиваюсь к трупам, надеясь, что они хоть чем-то подскажут мне, кто явился к ним первым и украл нужный мне браслет.

Я запрыгиваю на кровать, ставлю ноги по обе стороны от нанизанных на меч любовничков и пытаюсь прикинуть, под каким углом замахивался убийца. Но вижу я совсем не то, что ожидал. Мне хотелось понять, был убийца выше или ниже меня, однако он наносил удар не так, чтобы ему было удобно, а с целью поразить обе жертвы в сердце. Быть может, даже…

Я заглядываю им в лица. У Филанта на губах нет крови, у Юлины есть. Убийца не только смог одним тычком пронзить два сердца, он еще подгадал удар так, чтобы нанести его на выдохе Филанта.

Любовники погибли совсем недавно, и трупные пятна с синяками еще не проступили, так что я могу лишь строить догадки. Но, по-моему, очевидно, что убийца проткнул жертв, а затем навалился на них сверху. У Филанта не было воздуха в легких, и он не мог закричать. Юлина оказалась раздавлена тяжестью и любовника, и убийцы, поэтому, если и смогла вскрикнуть, то приглушенно… или на ее очередной стон просто не обратили внимания.

Такое двойное убийство исполнить очень сложно, зато оно получилось чистым.

Если бы убийца вытащил меч, жертвы гораздо быстрее истекли бы кровью – но и пролилось бы этой крови намного больше. Со второго этажа ветхого трактира кровь могла просочиться вниз, в главный зал. А еще убийца держал их пронзенными и прижатыми к кровати до тех пор, пока они не потеряли сознание – то есть пять или даже пятнадцать секунд; выходит, он был совершенно уверен в том, что удержит их, и в том, что они не смогут издать ни единого звука. Или же убийца сумел заглушить звуки магией.

Хотя, возможно, Филант сам зачаровал комнату так, чтобы звуки его любовных утех ее не покидали.

Как бы там ни было, исполнителю пришлось вытащить меч Филанта из ножен, запрыгнуть на кровать и нанести смертельный удар в строго определенный миг, да еще и под идеальным углом. Такое мастерство впечатляет. Не могу не восхититься.

Внезапно я смотрю на вытаращенные глаза Юлины и ее окровавленный рот совсем по-другому: передо мной уже не головоломка, которую нужно разрешить, а трагедия, преступление, которое любой нормальный человек увидел бы с первых секунд. Эту женщину убили только за то, что она поддалась чарам не того мужчины. Ее не должно было здесь оказаться. Филант сначала звал с собой трех других. И, невзирая на все недостатки самого Филанта, его убили за сущий пустяк – за магическую безделушку.

Никто ведь не думает, что это совпадение и браслет здесь ни при чем, правда?

Мог ли мокрушник – а такую отличную работу мог проделать только мокрушник – просто украсть браслет? Я ведь так и пытался поступить.

Такой заказ мог бы исполнить Дарзо. Но, думаю, он бы провернул все гораздо изящнее. Отравил бы мага, чтобы тот почувствовал себя плохо и остался дома, после чего подменил бы браслет на фальшивку. Здесь же был взят эффективный, но гораздо более грубый подход, несвойственный моему учителю. А ведь погибла еще и любовница. Дарзо терпеть не мог убивать без нужды.

Но если приходилось, убивал, конечно же.