Книга Немезида ночного ангела, страница 239 – Брент Уикс

По обе стороны гладкого рыбьего корпуса выступают крылья, изогнутые, как у чайки, и слегка приподнятые над водой. Их кончики упираются в узкие, плавные боковые корпуса тримарана, которые похожи на дельфинов, сопровождающих огромную белую акулу. У каждого бокового корпуса – свой глубокий киль и скругленные спинные плавники.

Похожий на паутину мост, перекинутый от Зала Посвященных к огромному центральному плавнику, парит высоко над моей головой. Все остальные попадут на корабль с пристани, через которую я и пробираюсь.

От моста вниз уходят отвесный склон горы и стéны высеченного в ней замка. Слуги уже закрыли ставни тех немногих окон, что выходят на южную сторону, и, скорее всего, наложили на них чары, чтобы защитить от надвигающегося шторма – и от людей вроде меня.

Даже если бы я смог открыть одно окошко, расстояние между замком и кораблем слишком огромно, чтобы забросить на него крюк; да и за что этот крюк зацепится?

Я проталкиваюсь через толпу, она старается отбросить меня назад, а ком в горле все душит и душит.

Может быть, у меня получится разбить окно и перебраться на судно под дворянским мостом?

Но, подумав об этом, я замечаю пучки шипов, что торчат из моста снизу через каждые десять шагов. Чрезмерно подозрительные алитэрцы, стремясь защититься от наемных убийц, посоветовались с мокрушниками, иммурскими охотниками, всевозможными наемниками и взломщиками, каких только смогли подкупить. Шипы эти явно необычные. На каждом из них и между ними будут стоять магические ловушки.

Будь у меня время, я, вооружившись ка'кари, наверное, смог бы перебраться.

Но мне нужно проникнуть на корабль, найти ребенка и унести его оттуда – и сделать все это до рассвета.

О, и я уже не говорю о том, что после этого мне нужно выбраться из города. Что-то я стал частенько забывать про эту часть. Про отступление. С младенцем на руках.

Не сдержавшись, я фыркаю. Просто смешно. Я же иду на верную смерть.

Мне даже не нужно задаваться вопросом: «А как поступил бы Дарзо?» Ответ всплывает в моей голове рефлекторно, постоянно. Хотя в личных делах я отвергаю догадки, принципы и суждения учителя, в делах профессиональных он – мой верховный жрец и король; он – закон, пророк и толкователь; он – насмешливый дракон в мире чванливых ящериц.

Дарзо был упорен и терпелив. Он бы отступил, поскакал бы на лошади в Борами, связался бы с какой-нибудь надежной местной сетью шпионов и выполнил бы заказ из… Хотя нет, не так. Дарзо вообще никогда не подписывался на спасение людей. Если его нанимали убить кого-нибудь важного, этот человек рано или поздно объявлялся. Власть ведь нельзя вечно удерживать издалека. Но младенец? Его может спрятать кто угодно.

Отправившись в Борами верхом, я прибуду туда на месяц позже короля Рефа'има, если не больше. В городе ему наверняка доверят целую сеть агентов, которые смогут увезти ребенка, куда он только пожелает. В его руках будет вся власть и все связи Алитэрской империи. А я приеду слишком поздно, окажусь в чужой стране, в городе, в котором никогда раньше не был, где у меня нет ни друзей, ни даже знакомых, и буду пытаться найти малыша, которого укрывает самый богатый и влиятельный человек во всем мире, малыша, которого к тому времени может уже и не быть в стране.