Книга Немезида ночного ангела, страница 246 – Брент Уикс

Сейчас – не тот случай. Мне просто повезло. Я внезапно торможу, решив, что большинство лучников будут бить по мне на упреждение, затем пригибаюсь, подныриваю вперед, перекатываюсь и каким-то чудом оказываюсь за углом, у стены, целым и невредимым.

Я все сделал правильно, но врать не стану – мне просто повезло.

Погодите-ка, я сказал «невредимым»?

Забудьте. Что-то жгучее прочерчивает мне лопатки. Но я не чувствую стрелы, она нигде не торчит и не мешается, так что царапина несерьезная и сразу меня не убьет.

Врезавшись в стену, я становлюсь невидимым. Если получится через раз путать половину нападающих, сначала магов, потом немагов, то я удвою мои шансы. Правильно?

Я подпрыгиваю и вонзаю острые когти из ка'кари в каменную стену, чтобы начать мое восхождение.

Но пальцы отскакивают, ни за что не зацепившись.

Я падаю на землю, выглядываю из-за угла на строй лучников, которые уже бегут сюда, чтобы снова в меня прицелиться.

Я шлепаю ладонями о стену, сгибаю пальцы, снова превратив их в когти.

И ничего. Камень этот не обычный. Он укреплен какими-то чарами.

Однако ка'кари начинает мерцать и за секунду с дюжину раз меняет окрас, словно подбирая ключ к замку.

~– Неидеально, но… лезь!~

Я доверяюсь ему и снова прыгаю, так высоко, как только позволяет талант. На этот раз мои пальцы пробивают камень, но тот вспыхивает и искрит, когда ка'кари проедает и его, и магию.

Я будто карабкаюсь по стене изо льда, пинками вонзаю в нее ноги, изо всех сил бью руками. И всякий раз стена плюется расплавленными каменными осколками и трескучей магией, озаряя ими ночь.

Теперь меня увидят все, никакая невидимость не поможет.

Это плохо. А знаете, что еще плохо? Каждый пинок и удар нужно наносить с такой силой, что я отталкиваюсь от стены. Чтобы совсем не улететь от нее, мне приходится что есть мочи подтягивать к себе три конечности, в то время как четвертая ударом или пинком пробивает себе новый упор.

Стрела рикошетит у стены прямо под моим животом и пролетает на волосок от него. В воздух взлетают и другие, но мне нельзя отвлекаться на них. Так что я не отвлекаюсь.

Еще через несколько секунд у меня получается приноровиться к правильной череде движений, и я проворно начинаю лезть вверх, и в сторону, и вверх.

Позади меня ночь прожигают магические снаряды.

Что-то вспыхивает поблизости, ударившись о стену, прилипает к ней, а затем магическое нечто – многоногая крылатая тварь, вылепленная как будто из подожженной смолы, – начинает семенить по стене в мою сторону.

Я выпрямляю одну ногу и сбрасываю ее со стены.

Падая, тварь извивается, как живая, а через секунду взрывается и впечатывает меня в стену. Я чуть не срываюсь и на секунду повисаю на одной руке.

Затем у меня получается снова ухватиться за прежние точки опоры, одну за другой. Горящие смоляные останки твари прилипают к моей ноге, прямо поверх ка'кари, но он сбрасывает их магическим импульсом. Я подбираюсь к окну, закрытому тяжелыми ставнями. Ка'кари приподнимает задвижку, и я распахиваю ставни.

Но, не успев открыть само окно, я замечаю второй огненный шар; он закладывает в воздухе вираж и, хлопая крошечными крылышками, устремляется ко мне. Я наваливаюсь на стекло, ка'кари покрывает меня жидким металлом, и взрыв вносит меня через окно внутрь.