Книга Немезида ночного ангела, страница 389 – Брент Уикс

Правда, я не смогу нести на руках целое тело и делать вид, что это легкие тряпки – пусть даже оно и будет привязано ко мне сокрытыми от глаз веревками. Но в этом мне поможет мой талант. Магия решает не так много проблем, как вам кажется, но когда она их все же решает, то делает это чудесно.

В комнате Петарии царит бардак, поэтому найти в ней разные тряпки было легко. Теперь я пинаю одежду в разные стороны, топчусь по ней, как потоптались бы солдаты.

Затем подхожу к лампам и задуваю их.

Пока фитили дымят, засовываю под одну из ламп маленькую записочку, адресованную императрице.

«Готов? Гаси слежку».

Я провожу рукой по волосам и чувствую покалывание в пальцах – это ка'кари пожирает следящее заклинание, наложенное императорским магом.

Присев пониже, я накидываю веревочные лямки на плечи, затем с трудом надеваю поверх них жакет и поднимаю кипу одежды с трупом.

Моя рука уже тянется к двери, когда в нее кто-то стучится.

— Петария! – раздается женский голос. – Ты опаздываешь.

Я бросаю взгляд на засов, который не задвинул. Разворачиваюсь и, чуть не спотыкаясь, втискиваюсь в шкаф, чтобы меня не было видно от двери.

Дверь отворяется.

— Петария? Уже обед. Пожалуйста, только не говори, что ты еще в кровати.

Из темноты я вижу, как в дверь просовывается голова Мелены. Я вжимаюсь в стену, стараясь держать кипу одежды совершенно неподвижно.

Слышу, как Мелена принюхивается. Обмираю. Неужели она почуяла запах потушенных ламп?

— Фу, девочка моя, какая же ты свинья. Горшок же выносить нужно!

Она входит в каюту и в темноте брезгливо поднимает горшок.

Я затаиваю дыхание. Мне не хочется убивать Мелену. Проклятие, учитывая, как я навьючен, у меня, наверное, и не получится убить ее.

Она поворачивается – в другую сторону, спиной ко мне, а не лицом, – и выходит из комнаты, держа горшок на вытянутой руке и с отвращением фыркая. Словами не выразить, как я рад, что выжал туда мокрые тряпки. Не сделай я этого, Мелена увидела бы пустой горшок и поняла, что запах исходит из другого места.

Выйдя в коридор, она говорит кому-то:

— Не знаю, зачем я за ней убираю. Она хуже моей младшей сестренки.

Мелена закрывает за собой дверь, и я наконец снова делаю вдох.

Долго ждать нельзя; люди императрицы скоро явятся сюда, чтобы понять, почему они больше не могут меня отследить. Я подношу стопку одежды и спрятанное в ней тело к двери.

Чуть-чуть приоткрываю ее. Ничего очевидно опасного в коридоре не вижу.

Впрочем, засада и не будет очевидной.

Сейчас самое время проверить, насколько я везучий.

Дарзо избил бы меня за то, что я стал действовать после такой мысли. «Если тебе для исполнения плана нужно везение, – сказал бы он, – то придумай план получше».

Но плана получше у меня нет.

С комом в горле я выхожу в коридор, с помощью таланта делаю вид, что несу легкую кипу, и с притворной неуклюжестью прижимаю к груди алебарду Ибекса.

Я едва успеваю пройти коридор до конца и свернуть за угол, как из другого коридора до меня доносится быстрый топот. Наверное, это солдаты, которых прислали посмотреть, почему их слежка больше не работает.

Ком в моем горле становится больше. Я быстро иду в середину корабля, к стыку, который мне показал король Рефа'им.

Удача все еще со мной. Здесь никого нет.

Пульс грохочет в моих ушах. Я заворачиваю алебарду Ибекса в его плащ и швыряю их вниз, прямо в воды, шипящие далеко подо мной. Океан молчаливо принимает мой дар. Я распутываю веревки, которыми привязался к трупу, и прячу его в закутке рядом с местом, где мне угрожал Рефа'им. Затем накрываю тело одеждой. Спрятано оно плохо, но я и не собирался прятать его хорошо.