Книга Немезида ночного ангела, страница 511 – Брент Уикс

Далеко от меня двери, ведущие на палубу, срываются с петель, и в них с ревом врываются магия и огонь. Виридиана отбрасывает с дороги магов-воителей, как соломенные чучела. Она окутана пламенем, и ее волосы сами сияют как пламя. Она прекрасна, и ужасна, и пришла слишком, слишком поздно.

— Кайлар! Нет! – кричит Ви, завидев меня. Трескучим, красно-золотым огненным штормом она выжигает дорогу сквозь ряды солдат, которые слишком ошарашены и не могут сопротивляться. Взрослые мужчины разлетаются в стороны, отброшенные ее великолепием. А затем, через мгновение – или мне только так кажется, потому что я не могу ни думать, ни действовать, – она оказывается передо мной. Подбирает синий кинжал с пола, куда я его, наверное, бросил. Затыкает его мне за пояс. – Возьми. Он тебя защитит, – говорит Ви. Затем, не успеваю я опомниться, она забирает у меня из рук ребенка.

И лишь после этого опускает взгляд.

Магия Ви омывает мою кожу. Вокруг нас вспыхивают огни – это стрелы солдат обращаются в пепел, сожженные ее хлесткими защитными чарами. Железные наконечники отламываются, раскаляются докрасна и рикошетят прочь. Мой взгляд, как всегда, считывает опасности, охватывает все поле боя, но ничего не может прочесть ни по ее губам, ни по выражению лица.

Однако даже я способен увидеть, как ее замешательство уступает место потрясению, как Ви наконец понимает, что я сделал. Даже я способен распознать чистейший ужас, наполнивший ее глаза. Сейчас она повернется ко мне. Спросит, что я натворил.

С безумным воем я выхватываю у нее мальчика, притягиваю его к себе, закрываю руками, будто все еще могу утаить содеянное. Но уже слишком поздно скрывать, во что я превратился. Зная, что увижу в ее глазах, я сбегаю.

Переступая по обнаженным металлическим балкам, я прижимаю к груди моего сына, чувствую щекой, как уже охладела на жестоком, хлестком ветру его щека. Дальше бежать некуда. Я дошел до конца. Крепко-крепко прижимая к себе сокровище, которое навсегда для меня потеряно, я заваливаюсь назад, назад, и падаю, падаю… ныряю с носа штормохода в ледяные объятия беспощадного моря.

В слабом свете одинокой свечи, поверх слова «беспощадного» блестела слезинка. Чернила не протянули в воду свои щупальца, не растворились, не расплылись кляксой. Одинокая капля, мерцая отраженным сиянием свечи, гордо выпирала из страницы.

Виридиане казалось, что она смотрит на нее откуда-то издалека. Слезинка? Неужели кто-то плакал?

Она не знала, долго ли сидела, глядя на то, как слезинка впитывается в пергамент; не думала, молилась о том, чтобы не думать еще дольше. Вдруг раздался стук в дверь. Виридиана вздрогнула. За новыми стеклами, которые вставили взамен выбитых, было уже почти темно. Однако стучали не в ту дверь, что вела в маленькую библиотеку из коридора. Стучали там, где открывалась потайная дверь.

Сестра Ариэль все еще не вернулась. Да она и не стала бы стучать.

Виридиана неуверенно поднялась на ноги.

— Ви, – донесся из тайной каморки голос. – Ты можешь открыть? Я не знаю, куда здесь нажимать. – Это была Ули, ее тринадцатилетняя соседка по комнате.

Виридиана вспомнила, какую из книг наклоняла сестра Ариэль, и сделала то же самое, рассеянно заметив ее название: «Никаких секретов: 400 опровергнутых формул о свойствах окружности». Дверь распахнулась, снова процарапав по полу дугу. Внутрь с напряженным видом вошла Ули.