Книга Немезида ночного ангела, страница 543 – Брент Уикс

Если я убью себя, кто погибнет на этот раз? Ви? Может быть, Дарзо, ушедший неизвестно куда, лишенный собственного бессмертия. Может быть, граф Дрейк или Илена Дрейк. Разве я не отнял у них уже достаточно? Может быть, Ули? Интересно, как она сейчас. Интересно, не пойдет ли мое убийственное проклятье дальше.

Связывает ли любовь меня с Мамочкой К? И, раз уж мы заговорили об этом, когда магия находит эту связь, как она действует дальше? Может ли человек отказаться умирать за меня? Или, если это маг, может ли он предотвратить свою гибель?

Пока что это неважно. Магия работает. Я видел, как она убивала. Это не должно повториться. Убить кого-то другого за мои преступления – значит, совершить нечто противоположное справедливости. Этого нельзя даже допускать.

Однако столь же недопустимо, столь же несправедливо, позволить убийце уйти ото всякого наказания.

На штормоходе, когда наши пути пересеклись в последний раз, королева Джайр кое-что прошептала мне в ухо. Предвидя, что я сделаю, она сказала: «Я знаю, что тебя ничто не остановит. Я знаю, что ты еще понадобишься миру. Но мне плевать на мир. Я знаю, что ты будешь мучить самого себя, но этого недостаточно. Ты не умрешь, и я буду молиться, чтобы ты испытал все возможные мучения за то, что совершил, и за то, что совершишь. Я лишь желаю, чтобы ты вечно горел в геенне огненной. И даже это наказание будет для тебя слишком коротким».

Дориан предупреждал меня еще в Эленее. Говорил, что не пытается изменить мой путь, что не может этого сделать. Он хотел, чтобы я знал: когда будущее останется неизменным, виноват в этом буду только я.

Он спросил меня: «Кто судит ночного ангела?»

Казалось бы, я, будучи ночным ангелом, должен многое знать о справедливости. Но я не знаю о ней почти ничего. Знаю только это. Для угнетенных справедливость желанна. Для страдающих и невинных справедливость прекрасна. Для всех остальных, в том числе и для меня, справедливость ужасна. И я знаю, чего заслуживаю.

Поэтому теперь я направляюсь к моему грубо скроенному подобию справедливости. Направляюсь в ад.

Это не так просто, как тебе кажется. Мне пришлось найти кузнеца, каменщика и умелого мага, готового зачаровать книгу без лишних вопросов. Впрочем, черный ка'кари – отличный помощник, когда готовишь кому-то ад… во всех смыслах, если задуматься.

Когда мы прибываем в нужное место, я оставляю седло и сбрую на коне, чтобы защитить его от бритвоклювов. Здесь, среди деревьев, они на него не нападут, но один или два могут налететь, когда он поскачет обратно. Я вешаю ему на морду тяжелый мешок с кормом. Коновод, который мне его продал, сказал, что этот конь хорошо ориентируется на местности и всегда найдет дорогу домой.

Прикрыв глаза ладонью, я запрокидываю голову и смотрю на скалу. Не стану ее описывать, иначе ты легко найдешь это место, но пейзаж здесь очень красивый. Почти фантастический.

Я вытаскиваю ка'кари и прикрываю его второй ладонью. Не знаю, как работает его восприятие, но мне нужно, чтобы он видел как можно меньше.

Я показываю ему содержимое седельных сумок, где поверх всего остального лежит зачарованная книжица – мой дневник. Сумки накрываются клапаном. Оказавшись внутри, ка'кари не будет знать, куда поскачет конь, поэтому не сможет указать дорогу к этому месту.