Книга Двенадцать железных цепей, страница 105 – Яна Лехчина

Ольжана напомнила себе: она пережила уже несколько встреч с чудовищем. Значит, и встречи с Кажимерой как-нибудь переживёт.

Не успела Уршула открыть рот, как госпожа подняла на них глаза – светлые, по-совиному проницательные.

— Ольжана, дорогая. – Госпожа Кажимера отложила перо. – Я ждала тебя, дитя. Как ты?

Она поднялась из-за стола и подошла к Ольжане.

На языке вертелось: «Лучше всех».

— Могло быть и хуже. – Ольжана развела руками. – Я в добром здравии. Почти. Сейчас лучше, чем неделю назад.

Но для этого она оставила щёку без лечения: чтобы рана была красноречивее любых слов (а особенно – тех слов, которые Ольжана не решилась бы произнести в присутствии Драга Ложи).

— Хм. – Прохладные пальцы госпожи осторожно приподняли её подбородок. Чуть повернули в сторону, чтобы лучше рассмотреть больную щёку. – Кошмар. Это чудовище оставило?

— Да. Настигло недавно.

Госпожа изучала уже не только щёку, а всю Ольжану целиком. Ольжана приказала себе не холодеть под её взглядом – в конце концов, даже если Кажимера, как толкуют в народе, и вправду читает мысли, что такого есть в голове Ольжаны?

И – как нарочно – в мыслях повисло: «А Йовар говорил, что ты су-ука».

К счастью, едва ли Кажимера действительно это умела.

— Бедняга. – Она выпустила подбородок Ольжаны. – Но не беспокойся. Мы с этим разберёмся.

Хотелось бы верить.

— Есть ли что-то, – спросила Кажимера, – что ты желаешь бы сказать мне сейчас, не дожидаясь утра? Или всё терпит, пока ты отдохнёшь?

— Спасибо, госпожа. – Ольжана слегка поклонилась. – Ничего срочного. Я бы с удовольствием сначала поспала. – Добавила просто: – Мореника, ученица пана Авро, сегодня зашивала мне спину, и после этого… трудно вести осмысленные беседы.

— Разумеется. – Желтовато-зелёные глаза госпожи смотрели будто бы насквозь, но сейчас в её взгляде не было опасной остроты (а в разуме Ольжаны не было ничего страшнее ругательства Йовара). – Хорошо, что ты здесь. Тебе пришлось пройти через ужасные испытания, но теперь ты в безопасности.

Ольжана мысленно присвистнула – да, мол? а чудовищу об этом сказали? оно и плавать наверняка умеет, – но вслух произнесла:

— Благодарю, госпожа.

— Уршула. – Кажимера сплела пальцы. – Проводишь Ольжану?.. Я скажу куда.

Ольжана вдруг поняла, что не боится говорить ей что-то кроме «спасибо» и «благодарю». Возможно, это были последствия тачератского мёда. А возможно, того, что Сущность из Стоегоста чуть не проломила ей спину неделю назад.

— Я буду ночевать с кем-то?

Госпожа не сразу поняла.

— А что…

— Я подвергаю людей опасности, – напомнила Ольжана. – Чудовище и сюда заявится через день или два. Самое большее – через три, но я не оставалась так долго на одном месте.

Наверное, это и было то, что ей следовало обсудить «срочно».

— Ты не останешься здесь надолго, – пообещала госпожа.

Любопытно. А что дальше?

— Мы проведём слушание завтра же. – Она ласково коснулась её локтя. – Ты будешь спать в отдельном домике, но я оставлю пару девочек охранять твой покой.

Чудо. Ещё две ученицы госпожи будут её ненавидеть.

— Я бы не хотела никого напряга…

— Ты не напрягаешь. Это та безопасность, которую я могу обеспечить тебе хотя бы на то время, что ты находишься под моим крылом. – Повела рукой: – Я часто прошу учениц послеживать за чем-то, находясь в оборотничьих телах. Им не привыкать. И тебя они не побеспокоят: будут летать снаружи.