Книга Призраки и пулеметы, страница 110 – Александр Бачило, Шимун Врочек, Александр Шакилов, и др.

Посуляй первым в темноту прошмыгнул, Дина – за ним. Стал я протискиваться, взялся за воротину, чувствую – под рукой липко. Поднес ладонь к глазам – на пальцах кровь. Совсем расхотелось мне лезть в эту преисподнюю! Но пересилил себя, даже говорить ничего не стал, чтобы Дину не пугать. Мало ли – кровь. Камнем кто-нибудь поцарапался, вот и кровь. Молча Куху киваю, гляди, мол. Ну поглядел он, пощупал. И тоже смолчал. Не барышня.

А Посуляй уже факела запалил, заранее приготовленные. Стали мы по ступеням спускаться, в самое сердце Машины. С факелами вроде не так боязно, зато по сторонам глядеть – сплошное удивление. Трубы, колеса, канаты, цепи со всех сторон. Механика.

— Неужели, – спрашиваю тихонько графа, – вы во всей этой кухне разбираетесь?!

— В общих чертах, – отвечает.

А что в чертах, когда тут кроме черта никому ничего не понять!

— Здесь должны быть рабочие, – толкует Кух. – Свамперы. Они все знают точно.

— Где же вы таких рабочих набрали?! Они что, профессора все?

— Нет. Они из бывших каторжников.

Я чуть не запнулся.

— Да что я, каторжников не знаю?! Их в железку-то играть не обучишь! А тем более – на дядю вкалывать.

— У нас свои методы перевоспитания, – хмурится граф. Видно, не хочется ему говорить.

Ладно. Наше дело телячье, ведут – иди, по сторонам не глазей, смотри под ноги, чтоб не загреметь в какую-нибудь форсунку, пошире Бишемской купели. Клад здесь вряд ли найдешь, разве что несгораемую кассу, если перевоспитанные у них и жалованье получают.

По чугунной лесенке спустились еще на этаж. Кругом все то же – масляные цилиндры, шатуны в мой рост, по стенам клепки с кулак, вдоль коридора горшки фарфоровые на столбах, а между горшками провода натянуты. Телеграф, что ли?

И тут граф Кух отличился. Ухватил какой-то рычаг, дернул так, что искры посыпались, и сразу в подземелье светло сделалось. По всему коридору под потолком белые огни, аж смотреть больно. Впору рот разинуть шире плеч, но я виду не подаю, подумаешь, диковинка – электрические свечи! Было дело, сам любовался на такую забаву в Букингеме. Из-за забора, правда… Дина тоже молчит, будто так и надо. Только глаза больше фарфоровых горшков. А граф с Посуляем на лампы и не глянули, сразу давай друг другу что-то бухтеть вполголоса, да быстро так – ни слова не разберешь, хоть вроде и по-нашему.

— Фаза есть, – говорит Кух. – Значит, генератор в порядке.

— Так может, и движок на ходу? – Посуляй ему.

— Скорее всего, – кивает граф. – Если валы не погнуты. Одно непонятно – где смена?

— Нужно связаться с Навигатором, – решает Посуляй, Дину за руку хватает – и вперед по коридору, чуть не скачками.

Вижу, сбледнул вояка-Кух с лица и бегом за ними.

— Одну минуту! Я должен предупредить ваше высо…

Но тут Посуляй, притормозив, так ему на ногу наступил, что граф последним словом подавился.

— Мы, господин Кух, люди простые, – шипит ему Посуляй. – Давайте без витиеватых обращений!

Сам глазами на Дину показывает, а Куху рожу свирепую корчит.

Дошло до графа.

— Прошу прощения… Посуляй. Я только хотел сообщить, что…

— Тсс! – Дина вдруг замерла и пальцем – в потолок.

Слышим – над головой что-то: шур-шур-шур, топ-топ-топ, меленько так, торопливо.

Заробела Дина, вцепилась в Посуляя.

— Что это?!

Тому и сказать нечего, ляпнул первое, что в голову взбрело: