Книга Призраки и пулеметы, страница 18 – Александр Бачило, Шимун Врочек, Александр Шакилов, и др.

Все еще не понимая, что чудом избежал смерти, я вошел внутрь Университета, снял котелок и сюртук, отряхнул их и посторонился, пропуская на улицу бегущих навстречу преподавателей и студентов.

Холл наполнился людьми, голосами. Все еще оглушенный, я поднялся на второй этаж, толкнул дверь в кабинет, вошел, сел на свое место и только тогда понял, что студентов, которые обычно приходили немного раньше, нет.

Где они? Что случилось? Почему мне кажется, что происходящее нереально? Скрипнула дверь, и в кабинет, кряхтя, ввалился ректор – солидный, тучный, похожий на раскормленную сову. Я встал, чтобы поздороваться с этим уважаемым джентльменом, но он, скривившись, поднял руку, кивнул снисходительно и произнес:

— Мистер Виллер, я ненадолго. Сегодня, завтра и в ближайшее время ваши лекции отменяются.

— Как? – возмутился я, все еще стоя.

Ректор развел руками:

— Студенты выразили желание отказаться от них.

— Но, сэр…

— Видимо, это связано с вашей деятельностью и, кхм, монстром, которого вы породили. Я бы посоветовал избавиться от него. Еще раз извините, мне пора. Зайдите через несколько дней, и мы обсудим наше дальнейшее сотрудничество.

— Монстром? – криво усмехнулся я, но ректор еще раз развел руками и направился к выходу.

Монстром. Для них Элис даже не забавный уродец – чудовище. Но почему?

Посидев немного в пустом кабинете, я собрал конспекты в папку и поплелся прочь.

По коридору мне навстречу шла стайка студентов, некоторых из них я знал, но они не замечали меня. Может, меня больше нет, я превратился в неприкаянный дух и они пройдут сквозь меня? Но нет, посторонились, пропуская. Молча.

У входа рабочие таскали в грузовую повозку обломки балкона. Нарядные девицы под зонтиками, похожими на разноцветных бабочек, хихикали и улыбались студентам. Джентльмен в дорожном плаще сидел на скамейке возле статуи с мечом и читал газету.

По спине пробежал холодок. Почему этот господин меня преследует? Откуда ощущение, что в его манере держаться, в каждом его движении – некая неправильность?

— О, мистер Виллер, – инспектор Мэйн, улыбаясь, поймал меня под локоть – я вздрогнул и чуть не выронил папку, – У меня для вас, кстати сказать, дело. Соблаговолите завтра перед обедом зайти ко мне для беседы.

* * *

В кабинете Мэйна пахло табаком и нафталином. Я поздоровался, прошествовал к инспектору и уселся напротив его стола. Мистер Мэйн, джентльмен безупречной репутации, пошевелил угольными стрелками усов и окинул меня холодным взглядом. Инспектор и раньше слыл человеком скрытным, но нынче его отстраненность переходила все мыслимые границы.

— Полагаю, я вызван по поводу мисс Риты, которая по известным вам обстоятельствам гостит в моем доме?

Инспектор Мэйн будто ожил, подался вперед и оперся о сложенные на столе руки:

— Вынужден вас разочаровать. Делом мисс Риты мы займемся позже, ныне же я, – он наклонился, отодвинул ящик стола и положил пухлую пачку свеженьких листов, – пригласил вас, мистер Адам Виллер, по иному поводу. Я очень вас уважаю, но как думаете, что это? – он хлопнул по пачке и ответил: – Это, мистер Виллер, жалобы и гневные петиции. Лучшие люди города требуют, чтобы ваше… создание прекратило существовать. Не сомневайтесь, они обратятся в высокий суд… собственно, многие уже обратились, я же просто предупреждаю вас: пока не поздно и вы не растеряли остатки приязни граждан, уничтожьте куклу.