Книга Навьи пляски, страница 156 – Ирина Невская, Александр Подольский, Дмитрий Тихонов, и др.

— Вот что, – решила Ива. – Тут деревня есть неподалёку, Светлогоркой зовётся. Сейчас туда отправимся, помощи испросим.

Софья тяжело вздохнула, долгим взглядом попрощалась с могилкой и отправилась обратно по собственным следам, неуклюже подхватив многочисленные юбки. Как и приказывала барынька, извозчик ждал их, нахохлившись и пряча красный нос в шерстяной шарф.

— Домой, барышня? – он натянул добротные варежки.

— Светлогорка знаешь где? – вместо Софьи ответила Ива, забираясь в возок и с облегчением натягивая на колени лисьи шкуры.

— Лихое место. – Мужик тронул вожжи. Лошадки всхрапнули, возок двинулся, громко скрипя по снегу полозьями.

— Сейчас время такое, что лихо изо всех щелей лезет, – хмыкнула векша. – Похлеще деревенских.

Всю дорогу Софья молчала, лишь смотрела на Иву так, будто хотела что-то сказать, но после отворачивалась, неумело прятала вздох и куталась в белую шубу. – Хотите расскажу, что делать будем, Софья Николавна? – сама завела разговор векша, но барынька помотала головой.

— Всё это очень сложно для меня, поймите правильно, – тихо ответила она и придвинулась к Иве чуть ближе, видимо, чтобы не слышал извозчик. – Отец растил меня в строгости и набожности. Каждое воскресенье – в церковь. Каждый день – уроки воспитания, музицирования, живописи, астрономии. Он нанял мне гувернантку. Немку, – прозвучало так, будто это о чём-то должно было сказать. – И вдруг – я сейчас здесь, с вами. Одна, без сопровождения. Прошу помощи… у колдуньи. Простите.

Ива усмехнулась.

— Ничто так не уравнивает людей, как горе.

Доехали быстро, едва начало смеркаться. Оставив извозчику небольшой кошель и наказав дождаться её, чтобы отвезти обратно, Софья выбралась из возка и поёжилась:

— Почему здесь так тихо?

— Страшна́я Неделя. Нечисть разгулялась, не стоит лишний раз нос высовывать, беду кликать.

Добравшись до нужного дома, Ива открыла дверь без стука. Их встретили тепло печи, мягкий свет керосиновой лампы, стоявшей на столе, вокруг которого на лавках расселись местные девушки. Деревянные стены украшали вышитые полотенца, пыхтел самовар, раздуваемый сапогом.

— Ива! – одна из девушек подскочила навстречу, откладывая деревянные пяльцы и иглу. – Давно тебя не видно было!

Девушки загомонили, радуясь гостье, но, заметив Софью, притихли.

— А её примете? – Ива размотала платок. – Или вы не всем гостям рады?

— Ну, ежели барыньке не тошно будет в духоте с деревенщиной, – пожала плечами вторая девушка в шерстяной жилетке.

Софья нерешительно взглянула на Иву. Та подвинулась, освобождая место – никто из девушек делиться своим не спешил.

— Присаживайтесь, Софья Николавна. Отдохнём, согреемся. Лизонька варит отличный чай, не хуже, чем ваши дворовые, уж не побрезгуйте.

— Благодарю. Мне будет очень приятно, – голос Софьи был слышен только благодаря наступившей тишине.

Посиденки возобновились. Девушки снова взялись за рукоделие, Софье и Иве принесли чаю и по куску пирога с костлявой рыбой.

— Ты к Назару приехала? – подсела к Иве Лиза – та, что была больше всех рада её появлению. Векша кивнула и подула на чай. Струйка горячего пара рассеялась, чтобы через секунду снова устремиться к потолку.

— Они должны прийти сегодня. Я видела, как Егор звезду мастерил, – понизила голос собеседница. – Что ты у него просить хочешь?