Книга Чумной Лис, страница 4 – Ольга Михайлова

— Что это было, Лунчжэнь? Неужели Небо отказывает мне в помощи? За сотни лет такого гадания никогда не было… — императора трясло.

Начальник судебного ведомства не склонен был поддаваться панике.

— Гадания не было, Синь, а вот чума, войны, голод и падение династий случались. Давно ли ваше величество стали столь суеверны? — усмехнулся Лунчжэнь.

Ли Лунчжэнь никогда не готовил себя ни к большой карьере, ни к великим делам, хоть получил отменное домашнее образование и недурное воспитание. Член императорской семьи, он с детства входил в свиту третьего принца, чьим уделом должна была стать военная карьера, и лишь безвременная смерть первого принца-наследника неожиданно проложила третьему принцу дорогу к трону, а ему, Лунчжэню, — открыла путь к руководству судебным ведомством, где за пять лет работы он зарекомендовал себя начальником гуманным и просвещённым.

Ли Лунчжэнь провел ряд реформ, призванных сделать правосудие более справедливым, неустанно работал над улучшением предварительных расследований, стремился к прекращениям необоснованных арестов и пыток, убежденный, что истинное правосудие не может строиться на страхе и насилии. Столкнувшись с сопротивлением консервативной части чиновничества, привыкших к коррупции, благодаря своей настойчивости и поддержке императора, сумел одержать верх.

Он всегда старался прислушиваться к доводам всех сторон и принимать взвешенные решения, при этом никогда не верил в предзнаменования. Неудачное гадание императора, предрекающее конец династии, могло быть просто подстроено, и, разумеется, Ляном. Единственное, что не стыковалось: зачем это жрецу? Ведь одно дело — мелкие интриги при дворе, и совсем другое — столь дерзкое посягательство на устои государства.

Лунчжэнь, будучи человеком прагматичным, хладнокровно рассмотрел все варианты. Первый и самый очевидный — заговор. Возможно, Лян был частью более крупного плана по свержению императора. Но кто стоял за ним? Какие силы осмелились бы на такой шаг? И почему именно сейчас? Династия сильна, влияние Сына Неба неоспоримо, все крупные силы под контролем.

Второй вариант — месть. Может, император, сам того не ведая, вызвал ненависть влиятельных кланов, а Лян стал орудием их возмездия? Эта версия казалась более правдоподобной, однако жрец был расчётлив и хладнокровен, а если так — разве согласился бы он стать пешкой в чужих руках и поставить свою жизнь и карьеру в зависимость от успеха непредсказуемого заговора? И куда он мог продвинуться? Третий вариант — безумие. Может, Лян просто спятил, и его действия лишены всякой логики? Но Лунчжэнь отказывался верить в это. Ничего безумного в поведении жреца не было.

В его неспешные мысли вторгся отвердевший голос императора.

— Я думаю, Лунчжэнь, надо отдать приказ начать тщательное расследование среди сановников, чтобы выявить тех, кто представляет угрозу для династии. Я приму меры по укреплению обороны. Отправлюсь в провинции, сам буду выслушивать жалобы и оказывать помощь нуждающимся, заслужу их любовь и преданность.

Лунчжэнь рассмеялся.

— Помнишь, Синь, как ты свалился с моста в озеро, когда тебе предсказали опасность от воды в недобрый день?

— Помню, и что?

— Ты упал в воду потому, что перила моста прогнили, а ты, боясь в этот день воды, за них ухватился. Но не знай ты о предсказании — за перила не схватился и с моста не упал бы. Только поверив в неудачный день, ты неосознанно принял те ошибочные решения, которые привели к дурному исходу.