Книга Роль злодейки для финального босса, страница 83 – Рина Чар

— Правила Устава запрещают распутство, разврат и прямое злоупотребление должностным положением, — мягко поправил он меня, разводя руки в стороны, словно этот Устав был не более чем рекомендацией. — О чинной, официальной помолвке между двумя Великими Домами там речи не идёт. Таких связанных обязательствами аристократов, как мы с тобой, в стенах Академии больше половины. Брачные альянсы здесь заключают куда чаще, чем пишут конспекты.

Грустно. И беспросветно. Этот мир, несмотря на наличие высочайшей магии, был устроен до зубовного скрежета архаично. Знаменитые аристократические семьи, жесткие политические договоры, взаимовыгодные союзы, скреплённые кровью ещё до рождения самих наследников…

Да, так оно и было прописано в лоре игры. Я просто никогда не акцентировала на этом внимание по ту сторону экрана, слишком увлёкшись красивыми любовными тропами и фаворитами. На деле же, оказавшись внутри этой системы, всё выглядело совсем не соблазнительно. Скорее — удушающе.

Угораздило ведь попасть в такую бесправную утопию...

— Мне… нужно подумать, — наконец выдохнула я, двумя пальцами отодвигая злополучный свиток на край стола, будто он мог меня ужалить.

Совсем не так я представляла себе предложение руки и сердца. Если, конечно, этот шантаж вообще можно было назвать «предложением». Оригинальная Агнесса, наверное, умерла бы на этом самом ковре от счастья. Я же физически чувствовала, как с лязгом закрылась очередная стальная ловушка. Только теперь не от Системы, а от самого магистра Тьмы и Духа.

— Сколько? — последовал немедленный, требовательный вопрос.

— Что? — отрешённо переспросила я, не сразу поняв, о чем речь.

— Подумать. Назови точный срок.

— Я не знаю! — снова вспылила я, чувствуя, как накатывает мигрень. — День. Месяц. Год. Десять лет!

— Если ты так сильно хочешь умереть, то скажи мне об этом прямо, — опасно прищурился Раймонд, подаваясь вперед. Его голос мгновенно потерял всю свою мурлыкающую игривость, сменившись холодом.

Шутки в сторону. Это было очередное, вполне реальное предупреждение.

— Я и так уже сегодня была почти мертва, — глухо буркнула я, отводя глаза. Горький ком подступил к горлу. — Как эта дурацкая бумажка вообще может спасти мне жизнь? Она её только усложнит! Ты хоть знаешь, какая у тебя агрессивная фан-база среди адепток? Да меня твои поклонницы об мостовую раскатают в тонкий блин и даже не поморщатся!

Раймонд неожиданно тяжело вздохнул и провёл широкой ладонью по лицу, окончательно взъерошив тёмные волосы. В этом простом жесте я впервые за всё время ясно разглядела его усталость.

— Агнесса, — произнёс он тихо, без прежнего сарказма или давления. — Девушкам твоего возраста свойственно придумывать себе подобное соперничество, но едва ли это слепое обожание можно назвать реальной угрозой или настоящими чувствами.

— Вы им самим об этом скажите, — мстительно буркнула я себе под нос.

— Дом Духа, — веско начал он, отмахнувшись от моего ворчания. — Мой Дом… Его прямое покровительство даст тебе официальную, непререкаемую защиту. И не только тебе лично, но и всему твоему пошатнувшемуся, ослабленному Дому Тьмы. Для Светлых это будет однозначный сигнал: посметь тронуть тебя — значит бросить прямой политический вызов лично мне. Разве это уже не весомый аргумент, чтобы поставить свою подпись?