Книга Я тебя не предам, страница 88 – Аннa Шнайдер

В этот раз всё оказалось по-другому.

В каюте царила полнейшая темнота благодаря плотным задёрнутым шторам — иллюминаторов, как у нас с Каришкой, на главной палубе не было, — и Стас не стал включать свет. Даже ночник и тот не включил, оставив нас во мраке, из-за которого каждое прикосновение воспринималось острее обычного, заставляя органы чувств работать на полную мощность.

В прошлый раз мы со Стасом так и не сняли с меня платье и верхнюю часть купальника — сегодня вечером парень исправил свою ошибку и первым делом раздел меня догола, умудрившись не заплутать в полнейшей темноте. Потом и сам разделся, не забывая при этом целовать и трогать во всех местах, до которых мог дотянуться.

Днём мы расположились на постели, теперь же Стас ласкал меня, не укладывая на полку, прижимая спиной к поверхности стола. Потом развернул и, заставив прогнуться нажатием ладонью на поясницу, а затем облокотиться на стол, чтобы не потерять равновесие, медленно и плавно вошёл — в противовес той резкости, что была утром. Впрочем, тягучая неторопливость движений владела Стасом недолго, сменившись уже знакомой горячностью и жадностью в каждом прикосновении. Он словно не мог определиться, что хотел трогать больше всего — пальцы постоянно двигались вместе с корпусом, то сжимая ягодицы, то лаская между ног, то вбирая в ладони мою грудь. В этом случае Стас сильнее прижимался ко мне всем телом, и возле уха я ощущала его тяжёлое взволнованное дыхание.

— Где ты всему этому научился, — прошептала я через некоторое время, когда мы, влажные от недавнего возбуждения, в обнимку лежали на койке.

— Не ревнуй. — Губы Стаса пробежались по моей шее, вызвав множество мурашек и тянущее ощущение внизу живота. Что же это такое! От оргазма ещё не отошла, а уже хочу продолжения. — Не к кому там ревновать.

— Ты про что? — выдохнула я, не в силах сосредоточиться на словах Стаса — была слишком увлечена действиями. К ласкам губ присоединились пальцы, явно перепутавшие моё тело между ног с музыкальным инструментом.

— Неважно, — глухо ответил Стас, спускаясь от шеи к груди. — Лежи. Хочу целовать тебя… везде.

Свою угрозу — или это была не угроза, а что-то другое? — Стас исполнил в полной мере, и следующие минут пятнадцать целовал меня всю, не оставляя без внимания ни один кусочек тела. Я просто млела, таяла под его руками и губами, растекалась в прямом и переносном смысле, и когда почувствовала, что Стас вновь собирается войти в меня, с трудом, но всё-таки сказала:

— Подожди, надо по справедливости. То есть, по-честному. Сам только что сказал про сказки…

Сумбурно получилось, и Стас не понял, о чём я, пока я не уложила его обратно на полку и не начала проделывать с ним то, что он недавно делал со мной, только уделяла больше внимания одному конкретному месту. Оно, и так невероятно большое и твёрдое, сильнее затвердело и запульсировало у меня во рту через несколько минут, вторя длинному и полному наслаждения мужскому стону.

— Вот теперь честно, — заключила я, и Стас, схватив меня в объятия, словно любимую игрушку, крепко поцеловал в губы.

… Мне, конечно, всё равно пришлось уйти. Остаться на ночь я не могла — мало ли, Каришка проснётся и панику поднимет, что матери нет на месте? Будут меня тут с матросами искать по всему теплоходу.