Книга Я тебя не предам, страница 96 – Аннa Шнайдер

Хм… Ещё, что ли, задержаться? Или всё-таки пойти к себе и поспать в расслабленном состоянии, а не в теснотище, хотя бы пару часов? Потом всё — надо вставать. Экскурсия у нас начинается в девять. С учётом прибытия на Валаам теплохода ещё накануне — нам сказочно повезло, что не в восемь.

Я всё-таки осторожно сползла с полки, точнее, попыталась. Стас проснулся практически моментально, улыбнулся, опрокинул меня обратно на подушку и поцеловал так, что аж жарко стало.

Финал был предсказуем — тем более, что утренняя мужская физиология вариантов нам, в общем-то, и не оставляла.

В результате в собственную каюту я вернулась уже совсем не сонная, а очень даже бодрая, с шальной улыбкой и блестящими от счастья глазами.

Думаю, если бы Карина увидела меня такой, точно бы сообразила, что с мамой происходит нечто необычное. Но дочь спала, уткнувшись носом в стенку, и я, быстро ополоснувшись под душем, дабы смыть с себя следы утренней и вечерней страсти, тихонько нырнула под одеяло.

Уснула тут же.

Валаам — место особенное, хотя мне сложно сказать, чем именно. Но если бы от меня потребовали написать список мест, которые обязательно следует посетить в течение жизни, одним из них точно был бы Валаам.

В своё первое путешествие, будучи ещё подростком, я купила здесь брелок из толстой кожи, с крестом и надписью на старославянском «Место, где ты стоишь, есть святая земля». Для меня это словосочетание — не просто метафора. Землю на скалистый Валаам, где кроме голого камня ничего не было, привозили монахи. С молитвой и трудом, который вполне можно назвать каторжным, они создавали своё чудо. И этот берег, с растущими буквально сквозь камень деревьями, с бьющимися о скалы высокими волнами сильного и свободного озера, с рукотворными скитами, принесёнными плодородными землями, дорогами сквозь густой лес — он потрясает до глубин души, как всегда потрясает гармония между сильной и независимой природой и человеком, признающим её главенство, но не боящимся её. Да — ты здесь главная, ты независимая, ты не хочешь, чтобы я тут жил — но я всё-таки буду. Но я сохраню тебя такой, какой ты была множество столетий назад, сделаю только совсем немного, чтобы мне просто было где жить и умирать.

Когда я была здесь впервые, на берегу возле причала стояла старая заброшенная лодка, похожая на ладью, и сквозь неё уже начинали прорастать кусты. В дальнейшем с каждым годом кусты становились всё гуще, и вот — в этом году, остановив взгляд на своей старой знакомой, я поняла, что в ней уже сложно признать лодку. Если знаешь — заметишь. Однако природа постепенно брала своё, превращая лодку в то, чем она когда-то была изначально — в дерево.

Утром мы на метеоре отправились на экскурсию — сначала нас провезли вокруг всего острова, показывая его уникальность и рассказывая историю этого места, а затем метеор причалил возле Центральной усадьбы Спасо-Преображенского монастыря, и нас повели уже туда. После было свободное время, и туристам следовало немного погулять, а затем вернуться к причалу, чтобы на метеоре отправиться обратно к Никоновской бухте, где стоял наш теплоход, но мы с Каришкой выбрали другой путь.

— Побывать на Валааме и не пройти весь остров насквозь по Главной Монастырской дороге — почти преступление, — повторила Карина с важным видом мои собственные слова Стасу и его родителям, которые, кажется, ещё не до конца осознали, с кем связались. — Мы с мамой пойдём обратно пешком, сами!