Книга Последняя надежда драконьего императора, страница 70 – Виктория Чара

— Стойте… — ее голос вдруг слегка дрогнул. — Солнце садится? Сколько я проспала?

— Весь день.

Я увидел, как в ее глазах отразилось запоздалое осознание. Ася перевела взгляд на горизонт, где над верхушками деревьев уже медленно поднимался огромный, налитой плотным бледным светом диск луны.

— Полнолуние… — прошептала она одними губами.

— Именно, — я скрестил руки на груди. — Если быть точным, оно начнется через три с половиной часа. Рад, что тебе уже лучше. Если снова что-то пойдет не так, зови.

Я развернулся и спокойно вышел из комнаты, оставив ее одну.

— Ох, голова ты бедовая, — донесся до меня из спальни приглушенный, голос ее заколки-фамильяра. — Я бы на его месте от тебя вообще теперь не отходила.

К вечеру луна разрослась до неприличных по меркам моего родного мира размеров. Это была луна так луна! Какие селфи я бы наделала, если бы только работал телефон!

Она висела прямо над крышей моей многострадальной избушки, заливая двор бледным, почти неоновым светом.

Магическое похмелье — после того как дракон по самую макушку заправил меня своей магией — потихоньку отпускало, оставляя после себя отрезвляющую ясность мыслей и где-то под ребрами — непреодолимое желание съесть слона.

Но кроме яблок и ягод, поспевших в огороде, никакой другой еды у меня не было. Поэтому я сходила во двор, наелась ягод, оттянула низ футболки, набрала в нее яблок и вернулась с добычей в дом — определяться, что делать дальше.

— И что? — спросила я у Скрепки, с хрустом откусывая от яблока и вертя в руках письмо Илоны, где ее указания перемежались с указаниями дома. — Дом к полнолунию починили — не сами, но это детали. И всё! Ну, еще воды набрать нужно, вот Илона пишет. Про какую такую инициацию дракон-то говорил? Что мне делать?

Я искренне не понимала. В письме бабки Илоны значилось только: «В полнолуние набери воды из колодца». И всё! Я еще раз пролистала учебник — там тоже ничего нового не появилось. Никаких тебе «встань в магический круг», «прочти заклинание» или «принеси в жертву мышь».

— Может, мы плохо искали, и в доме появилась метла? На чердаке, может, поискать? — задумчиво выдала Таисия. — Или, не знаю, голышом при луне потанцуй? Ритуал всё-таки.

— Очень смешно, — буркнула я, дожевывая яблоко. — Ладно, для начала пойду хотя бы воды наберу. А там посмотрим.

Переодеваться было совершенно не во что, поэтому, понадеявшись, что день закончился и все нормальные люди давно спят, я натянула короткие домашние шорты и футболку — под которую с моими-то размерами ничего надевать и не требовалось. Да и ночь на дворе.

В кустах на все лады надрывались сверчки, дул легкий, теплый летний ветерок.

Я заглянула в колодец. Вода глубоко внизу казалась черным стеклом, в котором идеально отражалась огромная луна. Перекинула цепь, отпустила ворот — и деревянное ведро с глухим всплеском ухнуло вниз, рассекая темную гладь. Идеальная луна пошла рябью. Ведро наполнилось, и я начала крутить тяжелую ручку обратно — теперь луна занимала всё ведро.

Какое же оно тяжелое! В прошлый раз казалось легче. Я докрутила ворот до самого верха, одной рукой крепко вцепившись в ручку, а второй потянулась перехватить ведро за дужку.

И тут рука с ручки соскользнула. Ноги в кроссовках поехали по влажной траве, я потеряла равновесие, а полная бадья резко перевесила. Меня дернуло вперед, будто какая-то неведомая сила потянула за собой, — и я перевалилась через край колодца следом за ведром.