Книга Загадка для ректора, страница 31 – София Руд

Он, может, и не собирается, но кто его знает. Не верю я ему. Совсем.

Так, и где же книжка? Из-за огромных окон, которые наверняка защищены от взлома, нельзя зажечь свет, увидят. Вот и приходится ползать, практически в темноте, убивая зрение о нечеткие названия на корешках.

Вот! То что нужно! С сороковой попытки. Это, считай, удача.

Как можно тише вытаскиваю книгу и сажусь на пол, чтобы из окна никто не увидел крохотный маленький свет от свечи. Магию, тут скорее всего, отслеживается, да и мне не желательно ее применять, пока эффект лекарства полностью не исчезнет.

Страницы шуршат под пальцами, глаза просматривают десятки разных меток, и останавливаются на той, что больше всего похожа на мою. Только моя еще не завершила свое полное проявление.

Обычно эти метки обретают полную силу спустя сутки, мне же повезло, благодаря печатям Хозяина. Если не найду, как остановить самой, придется идти к нему и просить восстановить печать. Но это самый плохой и жуткий вариант.

А вот отвар, который тут предлагается, очень даже хороший. Ну, почти. Потому что половина ингредиентов, скорее всего, сыскать будет гоблински сложно.

Эх. Все равно записываю на листок рецепт. Спешно задуваю свечу, возвращаю книгу на место и только хочу выбраться, как слышу шаги.

Уверенные. Размеренные. Приближающиеся сюда.

Гоблины! Ну, кому не спится?! Библиотекарю? Охране?!

Мне бы сейчас очень пригодился артефакт невидимости или хотя бы искажения внешности. Может, выкупить его у Вирга, если согласится на оплату в течении трех лет с моей крохотной стипендии? Ага, размечталась.

Шаги все ближе. Гоблины! В панике пытаюсь сообразить, куда тут можно спрятаться, и не нахожу ничего более подходящего, чем стол.

Быстро ныряю под него. Почти не дышу, прислушиваться к звукам. Открывается дверь. Шаги стихают.. Загорается свет. Тусклый. Прямо над тем самым столом, где я прячусь. Хотя столов тут, в принципе, всего два. И второй завален книгами. Непопулярна у нас закрытая секция библиотеки. Очень непопулярна.

На столешницу тихо опускается книга. Отодвигает стул.

Ой, мамочки, только не садись!

Садится! И к своему ужасу узнаю этого мужчину даже по коленкам!

Ректор!

О боги! За что вы так со мной?

Зажимаю рот руками, чтобы не издать ни звука. Почти не дышу. Но мне кажется, что сердце бьется так громко, что он услышит его!

Что происходит? Шелест страниц вдруг стихает. Тело ректора напрягается. Неужели он меня заметил?! Учуял? Из-за метки на спине?

О боги, как мне быть?!

— Адепт Аллеро. – произносит он мое имя, и я вздрагиваю.

Как?! Как он узнал, что это я?!

— Будьте добры, вылезьте из-под стола. – говорит он, вставая со стула.

Мамочки! За что мне все это?!

А можно, я никуда не пойду? Вот тут посижу, пока за ногу не вытащат. Нет? Нельзя? Я сейчас зареву!

Сжимаю пальцы в кулачки, чтобы не дрожали, и выполняю приказ. Чувствую себя такой идиоткой, пока на коленях выползаю к нему. Хочу встать, но он как-то не сильно далеко отошел, чтобы я могла выполнить подобный маневр спокойно. И вот, поднявшись, оказываюсь практически зажата между грудью ректора и столом, в который упирается попа.

— Вы не перестаете меня удивлять, адепт Аллеро, – звучит его голос. – Сами расскажете, что тут искали?

— Я.. я.., – по глупости решаю взглянуть ему в глаза и слова, которые и так шли с трудом, испаряются из мыслей. Гоблины, кажется, я не могу ему соврать! Это что еще такое? Мне надо! Я жить хочу!