Книга Тень генерала. Любовь не знает приказов, страница 103 – Леся Громовая

Я достала небольшой мешочек, развязала.

— Быстро, — тихо сказал Хэ, кивнула.

Руки двигались уверенно. Слишком много раз в жизни приходилось делать вещи, которые нельзя было делать открыто. Порошок растворялся почти сразу, не оставляя следов.

Вода. Зерно. Мясо.

Мы двигались от одного к другому, не задерживаясь, не оставляя следов. Работа шла быстро, но внутри всё равно росло напряжение — не от страха, а от ощущения, что времени меньше, чем кажется и оно подтвердилось.

— Подъём! — раздался голос где-то впереди.

Я замерла.

Хэ тоже.

Голос был громкий, уверенный.

— Готовить к утру! Командование приказало начать наступление на рассвете!

Я медленно подняла голову.

Вокруг начали двигаться люди. Появлялись огни, слышались шаги, команды. Лагерь оживал раньше, чем мы рассчитывали.

Я переглянулась с Хэ, он понял сразу.

— Нам нужно уходить, — сказал он тихо.

— Уже поздно, — ответила я, потому что пути назад не было.

Люди заполняли пространство, и скрыться становилось всё труднее, а значит теперь нужно было не просто уйти, а выжить прямо под носом у врага.

Лагерь ожил мгновенно, как будто кто-то дёрнул за невидимую нить, и всё пришло в движение: шаги, голоса, треск огня, звон посуды. Тени перестали быть укрытием, в них начали заглядывать, их начали пересекать, и любое лишнее движение теперь могло обернуться вопросом.

Я переглянулась с Хэ, и в этом коротком взгляде было всё: оценка, решение, согласие.

— Работаем, — тихо сказал он.

И мы просто… стали частью этого.

Я подхватила ближайший котёл, будто именно за этим сюда и пришла, поставила его ближе к огню, проверила воду. Руки двигались уверенно, без пауз, будто я делала это не впервые. Рядом уже суетились настоящие повара и их помощники — усталые, сонные, но привычные к своему делу.

— Давай быстрее, — буркнул один из них, не глядя на меня. — Генерал приказал накормить всех до рассвета.

— Знаю, — коротко ответила я, даже не поднимая головы.

Хэ тем временем уже оказался у разделочного стола, перехватил нож, начал работать с мясом, не привлекая лишнего внимания. Его движения были чёткими, отработанными, без суеты, и это помогало, на него перестали смотреть уже через пару мгновений.

Мы растворились в потоке.

Огонь трещал, вода закипала, запах варящегося мяса постепенно перебивал всё остальное. Люди двигались быстро, говорили мало, и это было на руку. Никто не задавал лишних вопросов, потому что у всех была своя задача.

Я мешала варево, следила, чтобы огонь не угасал, подливала воду, когда это требовалось. Рядом кто-то ругался, кто-то зевал, кто-то пытался шутить, но в этих голосах уже слышалось напряжение. Они знали, что будет утром и это играло нам на руку.

Никто не ждал угрозы изнутри.

В какой-то момент один из солдат подошёл ближе, бросил взгляд в котёл, поморщился.

— Воняет странно.

Сердце на долю мгновения сбилось.

Я не обернулась.

— Твоя носоглотка воняет, — отрезала я сухо. — Жрать будешь не заметишь.

Он зыркнул на меня, но спорить не стал и отошёл.

Я продолжила мешать, не ускоряя движений, хотя внутри всё было натянуто, как струна.

Время тянулось медленно, вязко. Казалось, оно специально замедляется, чтобы проверить, выдержим ли, но в какой-то момент всё начало сходиться.

Котлы были полны. Вода разлита. Мясо приготовлено.