Книга Настоящие алмазы фальшивой графини. Дилогия, страница 190 – Татьяна Милях

На следующий день в кабинете Арсеньева Дарёна ещё раз во всех подробностях изложила добытые накануне сведения. Егор Захарович изредка задавал уточняющие вопросы, а Фёдор, укрывшись за высоким дубовым бюро, тщательно записывал каждое слово на бумаге, упорно стараясь не смотреть на девушку. Да и сама Даша то и дело чувствовала неловкость, едва в памяти всплывал ночной пассаж, когда она позволила себе проявить минутную слабость.

— Выходит, Пушнов-старший им необходим, чтобы под прикрытием крупных иностранных заказов Мануфактур-коллегии менять фальшивые ассигнации на полноценное золото? — Арсеньев нахмурился, анализируя махинацию.

— Вы всё правильно поняли, ваше высокородие, — чётко, словно рапортующий офицер, отчеканила графиня Лещинская.

— Так, так... — барабаня пальцами по столешнице, пробормотал Егор Захарович и, задумчиво устремив взор в окно, вновь осведомился: — Значит, Бротар и младший Пушнов намерены в самом скором времени выехать за границу?

— Да. И, судя по их словам, у них уже и паспорта готовы, — подтвердила Дарёна. — Они лишь дожидались окончательного согласия Михаила Алексеевича.

— Н-да. Хорошо бы устроить за ними наблюдение... — проговорил патрон, озабочено потирая подбородок. — Хотелось бы выведать, с кем именно в Европе наш беглый кюре держит связь.

— Быть может, мне стоит… — начала было Дарёна, но Крашевский резко, со стуком опустил перо и перебил её на полуслове:

— Это абсолютно исключено!

— Да, девочка моя, сие было бы крайне неразумно, — согласился Арсеньев, гася вспышку сына. — Твоё внезапное появление за пределами Российской империи, безусловно, вызовет у преступников подозрения. Если, конечно, вы, сударыня, не планируете сопровождать господина Пушнова в качестве... — он на миг осёкся и, деликатно кашлянув, вкрадчиво закончил: — ...его содержанки.

Реакция молодых людей оказалась одинаково бурной:

— Что?! — почти в один голос выдохнули оба.

— Я так и предполагал, Дарья Михайловна, что подобная перспектива вас едва ли вдохновит, — усмехнулся Егор Захарович и, словно не заметив возмущения сына, хладнокровно продолжил. — А значит, Фёдор прав. Вы не можете следовать за Пушновым и его подельником в Европу. В конце концов, не думаете же вы, будто в нашей сыскной части не найдётся толковых людей для заграничной слежки?

— Да, вы правы, — нахмурившись, вздохнула Дарёна.

— Не беспокойтесь, никуда они от нас не денутся, — успокоил мстительницу патрон. — От расплаты эти господа не уйдут. Сцапаем голубчиков. Так что можете пока отложить мысли о возмездии, спокойно заниматься своими делами. Тем более теперь, когда вы в одночасье стали так богаты. — Арсеньев лукаво прищурился, красноречиво намекая на тугой ридикюль. — Кстати, и что же вы намерены делать с выигранным капиталом? Подозреваю, строительство вашего особняка на Кузнецком теперь пойдёт куда живее?

— Разумеется, — кивнула Дарёна и, немного помолчав, тихо добавила: — Но часть суммы я хочу пожертвовать на содержание сиротского приюта.

— Ну что ж. Дело благое, христианское, — одобрительно хмыкнул Егор Захарович. — А что касаемо строительства, могу порекомендовать вам одного весьма искусного московского архитектора.

— Буду вам премного благодарна, — улыбнулась Даша.

«Надеюсь, новое занятие увлечёт её с головой, и она больше не станет лезть к чёрту на рога со своими безумными авантюрами», — молча косясь на девушку, с облегчением заключил Фёдор.