Книга Настоящие алмазы фальшивой графини. Дилогия, страница 23 – Татьяна Милях

— Тятенька?! — воскликнула она, но, увидев чужих людей, тут же замолчала.

Воспользовавшись замешательством грабителей, Золотарёв со всей силы отпихнул щуплого и бросился к дочери. Схватив её за плечо, он затолкнул девочку в мастерскую, но сам скрыться за дверью не успел, на его плечах повис француз.

— Закройся! — крикнул Золотарёв, заслоняя собой дверной проём и не позволяя грабителю подобраться к дочери. — Запри дверь! — зарычал отец на Дарёну. На помощь к подельнику бросился Пушнов, но разъярённый отец отчаянно сдерживал напор двух молодых мужчин, пока не услышал в замке лязг ключа. Михаил Яковлевич тут же обмяк, а поручик со злостью ударил кулаком в дверь.

— Чёрт! Как же мы не подумали, что он в мастерской юсуповские брильянты прячет! — воскликнул Пушнов и, взглянув на ювелира, заскрежетал зубами. — Скажи ей, чтобы открыла!

Золотарёв в ответ лишь усмехнулся, и тогда следующий удар кулака угодил ему в лицо. На ногах ювелир устоял, но из его носа брызнула кровь.

— И не подумаю! — утерев ладонью нос, проговорил он. — Убирайтесь отсюда! И я постараюсь не вспомнить вашего имени, господин поручик.

— Э не-е-ет, просто так мы не уйдём, — процедил сообщник Пушнова и, прижавшись ухом к двери, за которой скрывались вожделенные драгоценные камни, прислушался. В мастерской царила тишина. Осторожно постучав, француз лилейно пропел: — Детка, открой дверь. Открой… И всё будет хорошо. И с тобой, и с твоим отцом...

За дверью ничего не происходило, и, подскочив к товарищу, Пушнов с силой ударил кулаком по дереву.

— Открывай! — рявкнул он. — Иначе твоему отцу придётся несладко! Не веришь? — следующий удар вновь пришёлся Золотарёву в лицо. На этот раз ювелир рухнул. — Слышишь?! Открывай! Иначе я забью его до смерти! — и в подтверждении своих слов он пнул упавшего.

— Не открывай! — превозмогая боль, воскликнул Золотарёв. — Я запрещаю! И меня не спасёшь, и сама сгинешь!

— Заткнись! — рявкнул француз, присоединяясь к истязанию несчастного.

— Открывай! Слышишь открывай! Иначе мы прикончим твоего отца! — орал Пушнов, нанося удары.

За дверью послышалось жалобное завывание, и сквозь стоны ювелир выкрикнул:

— Не смей! Они и тебя не пожалеют!

В грабителей словно вселился дьявол, они остервенело колотили лежащего на полу человека, вымещая на нём всю свою злость и досаду. Остановились оба, лишь когда Золотарёв перестал стонать и окончательно затих.

Вытирая со лба выступивший от усердия пот, Пушнов прохрипел:

— Чёрт! Похоже, сдох!

— И что нам теперь делать? — не успев отдышаться, задался вопросом Бротар, и оба покосились на запертую дверь.

— Выломать. Другого выбора нет, — ответил подельник и первым попытался навалиться на дверь, но она не поддалась. Затем его сменил француз, с разбега ударившись в прочное полотно.

— Чёрт, даже не шелохнулась, — проворчал он, потирая плечо.

— Просто так её не выломать, — отметил поручик. — Дубовая, да ещё вон металлом укреплена. Тут топор надо.

— С ума сошёл? — воскликнул Бротар. — Мы здесь такой шум поднимем, что всю округу разбудим.

— Ты прав, — проворчал Пушнов и задумался. — Чёрт... А может, с заднего двора попробовать? Наверняка в мастерской окно есть, — предположил он и встрепенулся. — Вот что, ты здесь девчонку карауль, чтобы не убежала и на помощь кого не позвала, а я с другой стороны дома зайду.