Книга Белый кот старейшины Цунчжэ. Том 1, страница 130 – Юй Сы

— Спасибо, Учитель! – просиял Дракон. Он быстро поклонился, скинул сапоги возле своей лошади и, на ходу снимая верхний халат, спрыгнул с берега в воду под свист учеников.

Цин Юйдунь некоторое время наблюдал, как ученики секты Юньхэ, отбросив свое обычное достоинство, резвятся в воде, как обычные дети. Поверхность реки серебрилась в лучах солнца, и веселые крики и визги оживляли лес. Он подумал, что остановиться в лесу было отличным решением, и, довольно кивнув самому себе, достал циновку из повозки и уселся под сенью дуба в позу лотоса, решив почитать. Однако звуки веселья отвлекали его, и он то и дело поглядывал на реку. В его взгляде были смешанные эмоции, и если бы кто-то сейчас смотрел на него, то подумал бы, будто Цин Юйдунь чем-то расстроен. Но разве найдется что-то, способное расстроить этого ледяного старейшину Цунчжэ? Может, и в нем есть что-то человечное?

К сожалению, некому было заметить эту тонкую эмоцию на его по обыкновению равнодушном лице: Дай Юнь отправился с учениками за хворостом, Хао Лэй в принципе старался смотреть на старейшину Цунчжэ поменьше, А-Цю плескался в воде, а Маомао… как обычно, все проспал в мешке.

Когда завечерело и на лес опустилась ночь, журчание воды как будто стало громче, а шелест листьев отчетливее. На полянке около берега развели большой костер, и пламя взвилось вверх, пытаясь лизнуть нависающие ветви деревьев. Дай Юнь выследил и убил кабана, и теперь тот вертелся над костром, источая аромат на всю округу. Ученики сгрудились неподалеку, перешептываясь, перебрасываясь шутками и жадно поглядывая на мясо. В пути ученики секты Юньхэ, всегда жившие на разных пиках и встречающиеся редко, оказались вместе, и между ними расцвело множество ростков будущей дружбы.

Хао Лэй поглаживал бороду, в нечастом для него благодушном настроении поглядывая, как ученики – всего их было сорок человек – сгрудились в кучки, греясь и просушивая свои одежды, как щебетали и хихикали девушки, поглядывая на полуобнаженные тела юношей, которые закинули мокрую одежду на ветви деревьев и лежали на траве, болтая и бахвалясь.

Взрыв хохота донесся от особенно большой группы молодых людей, и в воздух взвились две силы, сплетаясь в поединке, – вода и пламя. Это Хоу Пэн и Чэнь Цзяолун затеяли шуточный поединок своими ци и теперь под улюлюканье толпы пытались победить друг друга: огненная обезьянка скакала с места на место, уворачиваясь от водяных залпов маленького дракончика. Обезьянка ловко запрыгнула на спину дракона, отчего его чешуя зашипела, и тот издал беззвучный рев. Обезьянка вцепилась в его шею и молниеносно оторвала голову. Дракончик распался на капли, упавшие на траву.

— Шисюн Хоу! Шисюн Хоу! – восторженно заголосили мальчишки. – Шиди Чэнь, ты проиграл!

Ничуть не обескураженный этим, А-Цю перекатился на спину и уставился в небо, видимое из-за листвы, улыбаясь во весь рот.

— Я в первый раз формировал из ци дракона, – лениво протянул он, отмахиваясь от насмешливого свиста. – В следующий раз я одержу победу, шисюн!

— Буду ждать, буду ждать, – захихикал Хоу Пэн, неожиданно прыгая на него сверху. Они покатились по траве, обмениваясь шутливыми ударами.

— Куча-мала! – крикнул кто-то, и молодые люди от шестнадцати до двадцати пяти хохоча забарахтались.