Книга Белый кот старейшины Цунчжэ. Том 1, страница 162 – Юй Сы

— Проклятые отступники! Вы все сдохнете! – неожиданно оживилась та. – Ань Фэй, мой дедушка найдет и убьет тебя! Вы истинное зло!

— Заткнись, – посоветовала Ань Фэй, откидывая с лица прядь волос. Она поднялась глаза на лицо статуи. – Сегодня ты послужишь великой цели.

— Чтоб вы вечно горели в котлах Диюя! Будьте вы прокляты! Я обернусь злым духом и буду преследовать тебя вечность! Я не успокоюсь, пока не съем твою душу! – не унималась пленница, изо всех пытаясь сползти с возвышения.

Ань Фэй вдруг звонко рассмеялась, и ее хохот подхватили темные заклинатели, скрывающиеся во тьме за пределами платформы.

— Духом? Боюсь, это невозможно. – Глава секты Цихэй погладила кинжал в своей руке. – Совсем скоро у тебя не будет ни одной души.

Глаза связанной девушки распахнулись от страха.

— Что ты задумала, дрянь?! Ань Фэй! Отпусти меня! Не смей! Ань Фэй! – Но как бы она ни надрывалась, люди вокруг лишь смеялись еще громче.

Алые губы Ань Фэй изогнулись в лисьей улыбке.

— Время почти пришло… – Она подняла обе руки к статуе и воскликнула: – О Владыка!

Ее подчиненные резко шагнули вперед, хватая пленницу за руки и ноги. Та брыкалась и извивалась, но пара ударов в живот, и она отчаянно зарыдала.

— Пощади, пощади! – взмолилась она.

Ань Фэй, не обращая внимания на ее стоны, резко взмахнула клинком и всадила кинжал прямо в сердце жертвы. Та вскрикнула, содрогнулась в последний раз и замерла. В ее распахнутых глазах до сих пор читалось неверие. Глава Цихэй между тем сложила руки в печать и с силой ударила по земле, на которой сидела на коленях. Темные заклинатели поспешно отступили, когда под Ань Фэй вспыхнула большая, вырезанная в камне печать. Ее желобки быстро наполнялись сердечной кровью жертвы, и вскоре печать замерцала мрачным красным светом. Послышались шорохи и стуки – все, кто был в зале, упали на колени в глубоком поклоне.

— Мой Владыка, прими же жертву своей верной слуги! – воскликнула Ань Фэй, простираясь на полу. Рукоятка кинжала вспыхнула черным пламенем, и серебристый свет отделился от грудной клетки мертвой девушки, поглощаясь демоническим огнем печати. Ань Фэй не смела поднять голову, пока свет под ее коленями не погас.

Мгновение ничего не происходило. Затем женщина осторожно подняла голову и посмотрела на труп перед собой. Кинжал все еще был в теле, но сильно изменился: рукоять почернела, словно ее опалило огнем, а когда Ань Фэй потянула за нее и обтерла об лохмотья жертвы, лезвие сверкнуло алым. Пламя свечей играло на его поверхности, заставляя кинжал плакать кровавыми слезами. Сталь будто впитала кровь и превратилась в алый хрусталь.

— Спасибо, мой Владыка! – Ань Фэй снова простерлась на полу, благодаря статую. Она вытерла кинжал о ткань и поднесла ближе к глазам: на лезвии было что-то выгравировано – имя. И это имя было ей знакомо. Губы главы Цихэй расплылись в очаровательной и очень опасной улыбке. – Эта подчиненная поняла!

Она поднялась, грациозно спустилась по ступеням и отдала приказ.

Делегация Юньхэ медленно, но верно продвигалась по Поднебесной. Выехав из Усяня, за несколько дней они преодолели оставшийся отрезок пути и спустя всего две недели въехали в Хэфэй.

Хэфэй был огромным, сравнимым по размерам со столицей. Южный, жаркий, этот портовый город располагался на берегу большого озера, а с другой его стороны поднимались горы. Хэфэй был вотчиной Линьцзи, одной из Пяти Великих сект. Это была богатейшая заклинательская секта, а потому каждые три года именно она принимала у себя Конференцию. Весь город буквально кишел совершенствующимся, и охрана была усилена. Ученики Юньхэ крутили головами, рассматривая воинов из цзянху^[117]: широкоплечие, с мечами на поясах, с суровыми нахмуренными лицами и шрамами. Торговцы здесь продавали не только обычные товары, вроде овощей или булочек, но и духовные снадобья, кристаллы, оружие, чудодейственные растения и прочие товары мира заклинателей. Таким образом, Хэфэй являлся своего рода площадкой торговли между простыми смертными и совершенствующимися, а потому перед каждой Конференцией в городе открывался великий рынок и проводились аукционы. Годами это место процветало в качестве южной столицы под крылом секты Линьцзи. Отчасти поэтому И Чэнь хотел, чтобы ученики приехали заранее, – здесь можно было увидеть множество диковинок, которых не найдешь нигде.