Книга Повелитель огня I, страница 123 – Алексис Опсокополос

«А твой брат мне поверит?» — вывела на листе Велимира.

Я призадумался. А ведь действительно, с чего вдруг Ясне верить непонятно кому? Надо будет с ней какой-то пароль для таких случаев придумать. Но это потом, а пока надо было вспомнить что-то, что знали только я и она. Я оторвал от листа чистую четвертушку и, улыбнувшись, написал на этом куске:

«Давным-давно в далёкой-далёкой галактике жил камнерог…»

Меня разбудил звук открываемой двери. Я поднялся с кровати и принялся натягивать сапоги, так как догадывался, кто и зачем пришёл.

— Пора! — раздался из коридора глухой голос.

Я сел на кровати, пытаясь прийти в себя. Получалось тяжело — я не выспался, уснул почти под утро, всю ночь размышлял, не соверши ли ошибку, отправив Велимиру к Ясне. В итоге пришёл к выводу, что поступил правильно. Весточку девчонке передать было необходимо, иначе она, подождав день-другой, начала бы выяснять, что со мной произошло — с неё станется. Я уже немного изучил Ясну и понимал, что она не уйдёт без меня, не бросит.

А придя в Дом Братства, она сдала бы себя с потрохами — огневики знали кто я, знали, с кем я сбежал из Крепинска, и им бы не составило труда вычислить, что мальчик Умил, назвавшийся братом Прозора, на самом деле — Крепинская княгиня Ясна. А там уже путь у девчонки был бы один — к Станиславу.

Конечно, можно было передать Ясне с Велимирой записку, чтобы не ждала меня и уходила сама к дяде. Но была большая вероятность, что мать Добрана эту записку прочтёт. И ей явно не понравится, что Умил, которому она передаст деньги для сына, со мной и с Добраном не встретится. Так что этот вариант тоже не годился.

Да и деньги на дорогу мне были нужны — ладно одному как-то пробираться лесами да полями, можно, в крайнем случае в какой-нибудь деревне курицу украсть, но с ребёнком было бы намного сложнее без копейки в кармане. Поэтому, как ни крути, вариантов, кроме как отправить Велимиру к Ясне, не было.

Ещё меня время от времени посещала мысль, а не является ли это большой подставой? Не передадут ли меня в итоге в руки Станиславу? Но хорошенько подумав, я решил, что не должны. Огневики явно взяли много денег с родителей Добрана за нас двоих, скорее всего, неприлично много. И дали слово нас отпустить. А держать данное тобой слово — это основа любого серьёзного бизнеса, иначе тебе просто перестанут верить.

А в том, что огневики превратили борьбу с воображаемой скверной в бизнес и хороший источник дохода, я не сомневался. Значит, отпустить нас с Добраном они были должны. Ну или как минимум выпустить из города. Ну а там уже было возможно всякое, и к этому всякому стоило быть готовым.

Я обулся, надел кафтан поверх рубахи и направился к выходу. Оказалось, что в этот раз за мной прислали одного стражника, и это было логично: меня собирались отпускать — кто в такой ситуации будет пытаться совершать побег?

Мы снова шли длинными коридорами, и я снова поражался размерам подземной части Гардовского Дома Братства. По конец пришли к узкой лестнице, но не к той, по которой я впервые спустился в этот подвал. Поднялись по отполированным каменным ступеням и вышли на улицу. Судя по всему, во внутренний двор резиденции огневиков: небольшой, окружённый высоким забором из серого камня, довольно мрачный.