Книга Повелитель огня II, страница 41 – Алексис Опсокополос

— Всё же ты чаровник, — уверенно произнесла Ясна. — Просто другой, не как огневики.

— Ну если уж на то пошло, название огневик мне подходит больше, — усмехнулся я. — И я очень надеюсь, что всё произошедшее вчера останется между нами. Никто не должен знать, что я так могу.

— Мы никому не расскажем, — пообещала Ясна.

— Никому, — подтвердил Добран.

— Ну вот и замечательно! — сказал я. — А теперь, если мы обсудили все важные дела, то помогите мне встать.

— Не все, — произнесла Ясна. — Я вчера залезла в твой мешок, достала мазь из сока светолиста, чтобы помазать раны…

— Это вообще не проблема, — перебил я девчонку. — Это наш общий мешок и общая мазь. Ты лучше скажи, сильно тебя эта тварь летающая зацепила?

— Несильно. Я помазала мазью, Добран помог перевязать, уже даже не болит. Но я про другое хотела сказать. Владимир, ты помнишь, как мглец зацепил тебя когтями за плечо?

— Помню, — ответил я. — Но я сейчас не чувствую раны. У меня вся кожа до сих пор будто обморожена. Или это ты мне её помазала, и она немного поджила?

— Я хотела, но… — Ясна недоговорила, и по ней было видно, что она чему-то очень удивлена.

— Что но?

— Но раны нет.

— Как нет? — не поверил я и посмотрел на дыры в кафтане и рубахе, оставшиеся после когтей мглеца.

Сквозь одну из дырок я просунул палец и попытался нащупать рану. Ничего не нашёл. Быстро стянул с себя через голову кафтан с рубахой. Посмотрел на плечо. Оно было чистым — не то что ран, царапины не было. Я сразу же внимательно осмотрел руки. Уже зажившего шрама от неглубокого пореза когтем мрагона, оставшегося после драки с этим ящером в лесу, тоже не было.

И я тут же бросился смотреть на шрам внизу живота — последствие операции по удалению аппендикса, но быстро вспомнил, что он остался в другом мире на другом теле. Тогда я стянул сапоги и взглянул на свои ступни. Они были не как у младенца, конечно, но никаких мозолей и следов долгой ходьбы на них не имелось. И это было не менее удивительно, чем возможность бросаться огнём. Получалось, что в состоянии воспламенения у меня ещё и регенерация усиливалась. Другого объяснения зажившим ранам у меня не имелось.

Это, безусловно, здорово, но за что мне такие «плюшки»? Ничего ведь просто так никогда не бывает, и в итоге мне придётся за всё заплатить. Но когда, кому и какую цену? Как же мне хотелось знать ответы на эти вопросы. Как и ответ на главный вопрос, мучивший меня с первого дня пребывания в этом мире: зачем я сюда попал? Но я понимал, что ответы на все эти вопросы получу нескоро. Если вообще получу.

Ясна и Добран тем временем тоже с интересом уставились на мои ноги — они видели, в каком состоянии были ступни, когда я мазал их целебным зельем по вечерам перед сном. И теперь, похоже, не верили своим глазам.

— Видимо, огонь заживляет раны, — только и смог я им сказать.

— Ты точно чаровник, — уверенно заявила Ясна.

— У нас ещё будет время поговорить на эту тему, а сейчас давайте я всё же попробую встать. Помогите мне.

Ясна с Добраном подхватили меня под руки, и с их помощью я поднялся. Постоял. Даже смог самостоятельно сделать несколько шагов. Но идти куда-то далеко было ещё рано.

— Давай мы посадим тебя на гусака, а сами пойдёт рядом, — предложила Ясна.

— Хорошая идея, — ответил я. — Не стоит терять время попусту. Но перед уходом надо полностью погасить костёр. И сильно засветло остановиться на ночлег, чтобы успеть развести новый до вылета мглецов на охоту.