Книга Лицензия на убийство. Том 1, страница 37 – Алексис Опсокополос

— Мы вынуждены вас огорчить. Эта тюрьма — единственное подобное заведение на Олосе. Ещё будут пожелания?

— Материалы дела мы можем посмотреть? — спросил Жаб. — Записи с камер наблюдения приобщили? Там должно быть видно, что мы до последнего сидели в комнате ожидания. С момента, когда мы зашли в комнату отдыха, и до того, как нас там застали, прошло не более минуты. За это время просто невозможно никого убить.

— Мы вас поняли, — деловито сказал адвокат. — Мы напишем ходатайство с просьбой о приобщении к делу записей с камер наблюдения. Ещё пожелания будут?

— Насчёт дабл-бургера каждый день на ужин нельзя договориться? Желательно с беконом и карамелизованным луком, — сказал Лёха и тут же перехватил удивлённые взгляды кхэлийца и амфибоса.

— Ну, раз уже пошли шуточки, то мы видим, что разговор можно закруглять, — сказал кальмар и начал слезать со стула. — До встречи в суде!

— Как в суде? — опешил Жаб. — Мы что, до этого дня тебя больше не увидим?

— Господа, мы бесплатный общественный защитник! — как к детям, обратился кальмар к комедиантам. — Хотите видеть адвоката каждый день — нанимайте частного. Вам выслать прайс-листы на услуги местных адвокатов?

— Нет, спасибо! — отказался амфибос.

— Тогда — до встречи в суде! У нас будет часик перед заседанием, чтобы согласовать наши итоговые позиции. Удачного вам пребывания в тюрьме и желаем дожить до процесса!

Адвокат нажал на небольшую синюю кнопочку на столе, и в ту же секунду в комнату вошли конвоиры. Кхэлиец выбрался из-за стола и выкатился из комнаты.

— Не нравятся мне его последние слова, — сказал Лёха, глядя вслед удаляющемуся кальмару.

— Мне тоже, — согласился с другом Жаб.

— Встать! Руки за спину! — прервал их диалог один из конвоиров. — По одному на выход!

Первые три дня заключения пролетели как один. Стоило отдать должное начальнику — он освободил комедиантов на этот срок от всех тюремных процедур и обязательных мероприятий, будь то ранний подъём, ежедневная прогулка или общественный труд. Лёху и Жаба поместили в просторную двухместную камеру и очень хорошо кормили. Помимо этого, начальник предоставил им спортивную одежду и возможность посещения зала для тренировок в любое время.

По всему было видно: цванк жаждет не мести, а реванша. Именно реванша — настоящего, честного, которым можно было бы гордиться. Видимо, начальник тюрьмы был неплохим бойцом и верил в свои силы, раз не боялся выйти один на один с отдохнувшим амфибосом, который — пусть ненамного, — но всё-таки превосходил рептилоида по физическим данным.

Лёха смог на эти три дня выбросить из головы мысли о суде и сконцентрировался только на подготовке к бою. Ведь не исключалось, что при определённых раскладах и неудачном исходе поединка до суда можно было не дотянуть. А забивать голову мыслями о том, до чего можно и не дожить, было глупо. Временно заключённые Алексей Ковалёв и Вэллоо-Колло-Чивво с утра до вечера только и делали, что занимались в спортзале, ели и спали. Занятия эти были важные, но достаточно однообразные, поэтому время пролетело незаметно.

Вечером третьего дня за комедиантами пришли и проводили их в уже знакомый спортзал. В этот раз на них даже не надели наручники, а конвоиры были на удивление любезны. А когда Лёха вошёл в зал, то сразу даже не поверил своим глазам: там находились почти все работники тюрьмы и большинство заключённых.