Книга Выбор, страница 114 – Алексис Опсокополос

— Ты услышал, что тебя ждёт Иван Иванович? — спросил Вадим Самуилович.

— Услышал, — ответил я. — А где он меня ждёт?

— В управлении, где же ещё? Поэтому поторопись! В коридоре ожидает водитель. Он тебя отвезёт. И старайся впредь быть осторожнее. Помощь Силы — это хорошо, но если бы на пути пули оказалось не лёгкое, а сердце, мы бы сейчас не разговаривали.

— Спасибо Вам! — только и смог я сказать.

— Не за что, молодой человек, береги себя!

Пожилой лекарь улыбнулся и покинул палату. И тут я заметил, что лежу без одежды, а она разложена рядом на стуле. Я быстро встал, оделся и выскочил в коридор. Ожидавший меня водитель тут же поднялся со стула, и мы молча направились к лифту. Так же молча спустились на подземную парковку, загрузились в машину и поехали в главное управление КФБ по Великому Новгороду. Там водитель передал меня дежурному, тот охраннику, а тот, в свою очередь, проводил меня к Милютину.

Когда меня завели в кабинет к Ивану Ивановичу, он сидел за столом перед ноутбуком и печатал. Увидев меня, предложил присесть. Дождавшись, когда я устроюсь на мягком кожаном стуле, а охранник закроет дверь, Милютин спросил:

— Ты сколько своему пленнику снотворного вколол?

— Одну ампулу, — ответил я. — А что?

— Он до сих пор спит.

— Так я в него перед этим водки влил литра три.

— Зачем?

— Снотворного же с собой не было, я за ним потом ездил. Вот и пришлось Егора спиртом в бессознательное состояние вводить.

Милютин расхохотался.

— Молодец! А если этот подарочек даст нам нужную информацию, то ты не просто молодцом, ты героем станешь. Хотя ты и так, по сути, герой. Без опыта и подготовки с такой операцией один справился. Теперь главное, чтобы этот твой Егор хоть что-то знал. Кстати, почему ты его так называешь?

— Он назвался Егором во время нашей первой встречи. Но я понимаю, что это явно ненастоящее его имя.

— Судя по нескольким удостоверениям личности в сумке, скорее всего, да. Я так понимаю, это его сумка? Что-нибудь ещё там было?

— Деньги. Но я их почти всё потратил, когда его вытаскивал.

— Хоть сколько-нибудь осталось?

— Совсем мало, извините.

Я выгреб из карманов несколько купюр и положил их на стол.

— Не извиняйся, этого достаточно, я просто хочу проверить, что это за деньги, из какой партии. И вообще, настоящие ли.

Милютин взял купюры, рассмотрел и спросил:

— Это точно его деньги? Уверен? Не мог со своими спутать?

— Его. У меня не было наличности. А что с ними не так?

— В том-то и дело, что с виду всё так. Но ещё проверим. Ладно, про Егора этого можешь забыть. С ним мы будем работать. Нам сейчас надо решить, что делать с тобой.

— А что со мной делать? — удивился я.

— Орки завели на тебя уголовное дело, даже несколько, и требуют передачи в Москву.

— Зачем?

— Чтобы там тебя судить.

— А они имеют право выдвигать такие требования?

— Формально да. Но ты не переживай, я тебя им не отдам. Мы уже огласили нашу официальную версию. По ней ты случайно в клубе заметил человека, причастного к твоему недавнему похищению. Взыграл адреналин, наступило состояние аффекта. Ты решил схватить его и доставить мне, как человеку, лично курирующему расследование твоего похищения. По сути, ты задержал преступника, а не похитил гражданина. Если бы дело ограничилось лишь Егором, проблем вообще бы не было. Но ты угнал машину и, как оказалось, похитил парковщика в клубе. И хозяин машины, и потерпевший написали заявления. И не забываем про нападение на блокпост.