Книга Выбор, страница 81 – Алексис Опсокополос

Я решил рискнуть и позвонить Зотову. Необязательно было ему всё рассказывать, я мог сказать, что у меня невероятно ценная информация для Милютина и попросить Фёдора Сергеевича найти Ивана Ивановича. Возможно, он знал его рабочий или домашний телефон. Однако и Зотов был вне доступа. Это выглядело совсем странно.

Если бы буквально два часа назад, находясь в торговом центре, не разговаривал с Милой, то мог бы подумать, что из Москвы вообще нельзя позвонить в Новгород. Но я спокойно дозванивался до Милы все дни, что гостил у Денисовых, и в принципе никогда раньше не слышал, что бывают проблемы с мобильной связью между Москвой и Новгородом. Видимо, и Милютин, и Зотов действительно были вне доступа.

Значит, надо было уезжать из стрип-бара хоть куда-то, а уже потом дозваниваться до Милютина. Как вариант можно было позвонить Миле и отправить её в главный корпус, чтобы выяснила у дежурного охранника номер телефона Анны Алексеевны. Или позвонить Арине, чтобы срочно нашла отца. Несмотря на то что было уже очень поздно, варианты имелись, но нужно было сначала покинуть клуб. Задерживаться было опасно — в любой момент мог вернуться Глеб или какие-нибудь знакомые или друзья Егора.

Катать Егора на такси, пока не дозвонюсь до Ивана Ивановича, было глупо. Через какое-то время мой пленник мог начать трезветь. Мне нужна была гостиница или хостел. Там я мог спокойно дозваниваться до Милютина и заливать в Егора по пятьдесят граммов водки каждые десять — пятнадцать минут.

Это был, конечно, не самый лучший способ нейтрализации пленника, но другого у меня не было. Я прихватил с собой из Новгорода ампулы с серебром и снотворным, которые забрал у Левашова и которые сейчас бы очень помогли, но они были в сумке, а сумка в гостевом домике Денисовых. А просить Глеба привезти её — было очень рискованно. Не то чтобы я ему не доверял и боялся, что он полезет проверять содержимое сумки, но почему-то был уверен, что вообще никому, кроме Милютина, не стоит рассказывать о Егоре.

Оставалась только гостиница, да такая, где при заселении с пьяным клиентом не спросят документов. Я, конечно, видел у Егора пару ID-карт в пакете, но что-то мне подсказывало, что их нигде предъявлять не стоит. Ну а свои документы «светить» я уж тем более не хотел. Оставался вариант — назвать службе такси любой адрес, а потом попросить водителя изменить маршрут и отвезти нас в гостиницу и заодно попросить его помочь с выбором, благо, средства для мотивации таксиста у меня имелись.

Я убрался в кабинке, выбросил бутылки и салфетки в урну, смыл с подбородка Егора кровь и приготовился к марш-броску на улицу. Однако, пока я наводил порядок, мой пленник уснул — алкоголь делал своё дело. Я решил пока его не будить, усадил на унитаз, повесил опять снаружи на ручку сумку и побежал на бар. Там попросил бармена вызвать такси, посетовав, что мой телефон разрядился. Просьбу сопроводил купюрой в пятьсот рублей. Бармен с радостью взял деньги и спросил:

— А куда поедите?

— В Москва-Сити, — сказал я первое, что пришло в голову. — Захотелось морепродуктов поесть.

Бармен кивнул и принялся звонить в службу такси, а я побежал за Егором. Тот мирно дремал на унитазе и никак не отреагировал, когда я попытался его поднять. Пришлось немного полупить его по щекам. Минут через пять мне удалось немного привести преступника в чувство. Я активировал усиленную эмпатию, надеясь не упустить момент, когда пленник начнёт злиться. Пока всё было хорошо, никаких особых эмоций я не ощущал — Егор был мертвецки пьян и, видимо, вообще не понимал, что происходит.