Книга Выбор, страница 82 – Алексис Опсокополос

Можно было отправляться в путь, но в этот момент в туалет зашли подряд несколько посетителей. Пришлось до их ухода отложить выход из кабинки. Егор за это время опять уснул, но не крепко — всего пара шлепков по щекам его разбудили. Я поднял пленника на ноги. К моей радости, Егор смог стоять. Я тут же обхватил его за талию, и потащил из кабинки. Преступник еле передвигал ноги, но всё же идти смог, и мы потихоньку направились на выход.

Я очень боялся, как бы Егор ни начал использовать магию. Разумеется, без концентрации о полноценном её использовании не могло идти и речи, на то и были все мои расчёты. Но не было никаких гарантий, что он в приступе неожиданной ярости или со страху не выпустит файербол или ледяную молнию где-нибудь по пути нашего следования. Тогда мой план сразу бы провалился. Впрочем, другого у меня не было. Минут за пять мы доплелись до бара.

— Что с ним? — спросил бармен, кивнув на Егора.

— Напился с горя, — ответил я. — Его девушка бросила.

— Такого пьяного в ресторан в Москва-Сити не пустят.

— Посидим на улице, пока не протрезвеет. Такси едет?

— Да. Будет через пять — семь минут. Синий «Москвич». Номер сорок три двадцать один.

— Благодарю! — сказал я и потащил пытающегося прилечь на пол Егора к выходу.

К моей радости, кроме смешков, никакой реакции на наше поведение от посетителей бара не последовало. Мы доковыляли до лифта и спустились на нём на первый этаж. На секунду у меня возникла мысль снять номер в отеле, в здании которого располагался бар, но я эту мысль быстро отогнал. Слишком уж это было рискованно — стоило уехать куда-нибудь подальше от этого места, чтобы хоть немного замести следы.

Когда мы на улицу, такси уже поджидало нас недалеко от входа. Мы доплелись до машины, но таксист, увидев настолько пьяного клиента, вскочил из салона и заявил:

— В таком виде брать пассажиров запрещено, он может салон испортить.

— Постараемся не испортить, но на всякий случай это Вам на возможную химчистку, — сказал я и протянул таксисту пять пятисотрублёвых купюр.

Я не знал, сколько стоит чистка салона, но явно не больше тысячи, таксист подтвердил мои предположения тем, что быстро схватил деньги и помог усадить Егора на заднее сиденье. Я зашёл с другой стороны и сел рядом со своим пленником. Таксист быстро прыгнул за руль, запустил двигатель и спросил:

— Ехать по адресу, указанному в заявке? В Москва-Сити?

— Да я вот думаю, пустят ли моего друга в ресторан? — сказал я.

— Боюсь, что нет, — ответил таксист.

— Вот и я этого боюсь. Ему бы отоспаться где-нибудь. Наверное, лучше ехать в гостиницу. Домой ему тоже в таком виде нельзя.

— Понимаю, — согласился водитель. — В какую гостиницу желаете?

— Если честно, даже не представляю. Нам нужна такая, где у нас не спросят документы. Мой друг из довольно известной семьи, ему огласка не нужна. Что-нибудь можете порекомендовать? Буду признателен.

В подтверждение своим словам я сразу же протянул водителю ещё две купюры. Это было, конечно, слишком щедро, но это были деньги Егора, а мне требовалось, чтобы таксист решил нам по-настоящему помочь, а не просто высадил у первой пришедшей на ум гостиницы.

— Благодарю, Ваше Сиятельство! — ответил водитель, приняв деньги, он уже не сомневался, что мы с Егором два молодых аристократа, решившие покутить.