Книга Эльфийский Петербург, страница 75 – Алексис Опсокополос

Не успели мы оглядеться по сторонам, как к нам подбежал невысокий парнишка в чёрных брюках и белой рубашке с короткими рукавами и с табличкой, на которой были написаны наши фиктивные имена. С чего он решил, что Антоновы именно мы, я не понял — возможно, мы были единственной молодой парой, вышедшей из нашего вагона.

— Сеньор Антонов? — радостно спросил парень с табличкой.

— Он самый, — ответил я по-русски.

— Моё имя — Марис! — с каким-то непонятным акцентом, немного похожим на немецкий, произнёс парень. — Моя работа — привезти вас в отель «Амор».

— Мы не против, — сказал я.

— Мне нужен ваш багаж, — с трудом подбирая слова, заявил Марис и попытался выхватить чемоданы одновременно и у меня, и у Арины.

Чтобы не вызывать подозрений, я отдал парню чемодан, тем более что он был лёгкий. Арина последовала моему примеру. Марис схватил оба чемодана и радостно сообщил:

— Идите ко мне!

Видимо, он имел в виду «за мной», потому что быстро направился к выходу из вокзала. Мы с Ариной пошли за ним. На привокзальной стоянке нас ожидал чёрный автомобиль представительского класса с золотой надписью на дверцах: Hotel Amor. Работник отеля погрузил наши чемоданы в багажник и открыл нам двери. Мы с Зотовой сели на заднее сидение. Марис быстро запрыгнул на водительское, запустил двигатель, и машина тронулась с места.

Отель располагался в пригороде Барселоны, ехали до него минут сорок. Но поездка меня не утомила — наоборот, было интересно. Я с любопытством смотрел в окно — Барселона разительно отличалась от Новгорода, Москвы и Санкт-Петербурга. А больше я никаких крупных городов и не видел — Череповец и Белосток можно было не считать.

Дроздов нас встретил у входа в «Амор». В дорогом костюме и туфлях из крокодиловой кожи он выглядел не как переводчик, а как хозяин этого отеля. Бывший адвокат моего деда довольно сильно изменился: сбросил лишний вес, нарастил шевелюру, заметно посвежел. Внешне он помолодел минимум лет на десять.

Впрочем, изменения во внешности Дроздова меня не удивили: в отеле с беспрецедентным уровнем безопасности он явно меньше нервничал, чем когда раздавал интервью в мятежном Петербурге. Да и времени у него было достаточно, чтобы поправить здоровье. Казалось, будто передо мной стоит совершенно другой эльф, но в том, что это был именно тот, за кем мы приехали, я не сомневался.

При этом я совершенно не переживал, что Дроздов может узнать меня. Я изменился за два с половиной года намного сильнее, чем он, да и вряд ли он помнил меня шестнадцатилетнего. К тому же адвокат и подумать не мог, что Семён Антонов — внук Константина Романовича Седова-Белозерского.

— Господа Антоновы! Семён Петрович! Евдокия Егоровна! — радостно произнёс бывший защитник моего деда. — Разрешите поприветствовать вас в отеле «Амор» — идеальном месте для отдыха влюблённых пар!

Если и существовали у меня какие-то зачатки сомнения по поводу личности стоявшего передо мной эльфа, то, как только Дроздов открыл рот, они развеялись. Уж голос этот я точно не мог спутать ни с каким другим — достаточно отсмотрел записей с интервью и выступлениями адвоката.

— Здравствуйте! — ответили мы с Ариной хором.

— Меня зовут Борис Владимирович Сорокин! — представился Клим Георгиевич Дроздов. — И я лучше всех в этом отеле говорю по-русски.