Книга Долг, страница 49 – Алексис Опсокополос

— Поддержит, даже не сомневайся. Если не в начале, то в процессе тотальной войны, когда у каждого эльфа сформируется чёткий и устойчивый образ врага — федерала. Главное — побыстрее начать полноценные боевые действия против Новгорода, привлечь к этому все эльфийские роды и ввести военное положение в Петербурге, а там уже хочешь не хочешь народ будет поддерживать своего лидера. Война способствует подъёму патриотизма.

— План хороший, надеюсь, он сработает. Но что мы будем делать, если не сможем быстро взять Новгород? Если короткая тотальная война превратится в затяжную? Выдержим ли мы?

— Эту проблему мы будем обсуждать и решать, когда она встанет перед нами, а до этого надо ещё дожить, — сказал Жилинский. — Сейчас главное — добиться сплочённости эльфов и верности их своему лидеру, то есть, мне. И медлить нам нельзя!

— Да уж, — грустно произнёс Уваров и тяжело вздохнул. — Это мало похоже на гражданское общество, это будет военная диктатура.

— Называй это как хочешь, Антон Тимофеевич, а я буду называть это нашим шансом на выживание.

— Я всё понимаю, просто переживаю что…

— Поздно переживать! — Жилинский перебил Уварова на полуслове. — Теперь надо идти до конца! И желательно не нашего.

В комнате повисла тяжёлая пауза примерно на минуту, после чего Уваров сказал:

— Не надо было их похищать, я сразу сказал, что это неудачная идея.

— Опять ты о своём? Это была страховка! Старуха Белозерская не дура, она явно не поверила в нашу версию гибели её правнука. Нам надо было подстраховаться от враждебных действий с её стороны, от попыток отомстить.

— А в итоге эта страховка только усугубила наше положение. Теперь как бы мы ни сплотили эльфов, Белозерская будет против нас.

— Кто ж знал, что Волошин окажется таким смелым? Я даже в мыслях не мог допустить, что он попытается отбить свою сестру и племянников у охраны. А насчёт Белозерской не переживай, мы решим эту проблему. Не настолько уж старуха сильна.

— Хотелось бы не переживать, Денис Гордеевич, да не получается, — сказал Уваров. — Зря мы доверились англичанам, нет от них никакой реальной помощи.

— Во-первых, у нас не было выбора, ты же понимаешь, что не бывает маленьких независимых государств. Они могут такими казаться, но за каждым маленьким государством стоит большой хозяин. И поверь, наш хозяин ещё не самый плохой. А во-вторых… — Жилинский сделал паузу, ухмыльнулся и добавил: — Скоро всех ожидает большой сюрприз, и ты, Антон Тимофеевич, изменишь мнение об англичанах.

— Хотелось бы его изменить, — вздохнув, произнёс Уваров. — Очень хотелось бы.

*****

В обеденном зале за большим столом княгини Белозерской собрались все находившиеся в её поместье Седовы-Белозерские и Волошины: я с мамой, Андреем и Машей и дядя Володя с женой и двумя дочерьми. Когда все расселись, и прислуга наполнила бокалы взрослых вином, бабушка взяла свой бокал и встала. Все тут же последовали её примеру. Бабушка оглядела нас, улыбнулась и громко произнесла:

— Меня переполняют положительные эмоции — это удивительное и забытое чувство. Я давно ничему так не радовалась. Это правда. Я вообще в последнее время, уже лет пятьдесят, особо ничему не радовалась. Но не потому, что у меня в жизни всё было плохо, конечно же, нет. Просто я прожила долгую и насыщенную жизнь, видела всякое, и меня довольно сложно как расстроить, так и обрадовать. Я даже молодой была скупа на эмоции, а уж в моём нынешнем возрасте меня вообще ничем не прошибёшь.