Книга Большой проигрыш, страница 111 – Алексис Опсокополос

— Карим далеко не дурак. Предатель, подлец, но не дурак. Поэтому на нас никто нападать не будет. Тюрки уверены, что инициаторами конфликта будет Россия. Вы же знаете, как это всё делается.

— Знаю. Одна хорошая провокация, непропорциональный ответ, и вот уже обеим сторонам плевать, кто первый начал. Не раз такое приходилось наблюдать.

— Именно! — на удивление эмоционально воскликнул кесарь. — Сложно избежать войны между двумя странами, если эта война нужна третьей стране, и эта третья полностью контролирует правительство одной из тех двух. Каган Карим сам ничего не решает, он выполняет распоряжения, полученные из Лондона, так как он должник англичан — они подарили ему власть. И к тому же Карим сам заинтересован в войне, потому что она поможет ему сплотить все тюркские роды под его началом. Но, разумеется, начать это всё формально должен не он. И, признаюсь, провокации, которая должна запустить процесс, я опасаюсь не меньше, чем самой войны, потому что знаю: они могут устроить всё что угодно.

Бабушка кивнула, соглашаясь с Романовым, и спросила:

— А Дана что-нибудь сказала о сроках?

— Нет, — ответил Александр Петрович. — Но я полагаю, тянуть они не станут, поэтому времени у нас очень мало. Возможно, счёт идёт не на месяцы, а на недели.

— Успеете подготовиться?

— Подготовиться мало. Надо действовать на опережение. Нужно сделать наш шаг до их провокации, потому что очень уж у меня нехорошее предчувствие. Если они ради достижения своих целей убили Абылая, то не остановятся уже ни перед чем.

— Переживаете за Дану? — спросила бабушка.

— Да, — ответил Александр Петрович. — И за Айсулу. Теракт в Туркестане, обставленный так, будто его организовали и провели мы, всколыхнёт весь каганат и окончательно настроит его против России, а гибель Даны заставит её род, который сейчас дистанцируется от Карима, встать на его сторону. Самое обидное, что, даже если Дана расскажет брату о том, что она с нами заодно, Карим и англичане этого знать не будут и, соответственно, опасность для Даны сохранится.

— Тогда у Вас действительно очень мало времени, и если я могу чем-то помочь, обращайтесь в любое время и с любой просьбой.

— Благодарю Вас, Екатерина Александровна. Вы и так уже сделали достаточно, а про Романа я вообще молчу. Ваша семья делает очень много для страны.

— Ну объективности ради стоит сказать, что наша семья и для того, чтобы страна оказалась в нынешней непростой ситуации, много чего сделала, — заметила бабушка.

Александр Петрович вежливо оставил эту фразу без комментариев, а я задумался о том, как всё могло сложиться в России и в моей жизни, если бы дед не свихнулся в своё время на теме эльфийской исключительности. Да, именно свихнулся, потому что планировать и провоцировать войну между гражданами одной страны лишь по причине того, что у них ауры разного цвета, мог только натуральный психопат.

И я очень надеялся, что мне эти гены ненависти не передались и я на старости лет не начну страдать от приступов расовой нетерпимости. Впрочем, глядя на бабушку, которая прекрасно относилась и к людям, и к оркам, можно было предположить, что дело всё же не в генах, а в воспитании и окружении.

— Роман, скажи, пожалуйста, ты хорошо держишься в седле? — вывел меня из раздумий неожиданный вопрос кесаря